– Ты с ума сошла? Издеваешься? Хотя бы понимаешь, как на мне будет смотреться ЭТО? Что еще у вас там, в пакете? – Не спрашивая разрешения, она стала рыться в вещах. Посмотрев все возможные варианты, Алина в бессильной ярости взглянула на нас.
– Ну вы сволочи. Специально это сделали! Желаете, чтобы я выглядела уродиной? Нет уж! Я отказываюсь сниматься в этой одежде, – чуть ли не задыхаясь, заявила она.
– То есть ты ставишь под угрозу свое участие в проекте только потому, что тебя не устраивают наши вещи?
– Я не говорила, что отказываюсь. Но я хочу другую одежду!
– Другой одежды не будет! – неожиданно властным тоном сказала я. – Эту одежду выбирала Кейт, стилист высочайшего уровня, вкусу которого наш главный редактор безоговорочно доверяет. Она в отличие от тебя в курсе того, что сейчас модно и актуально. К тому же мы не преследуем цель снять Алину Герасимову в красивом платье. Нам нужен образ. Ясно? Так что, если что-то не устраивает, можешь отказаться от участия, мы в два счета найдем тебе замену.
Алина молчала, очевидно, собираясь с мыслями. Тут наконец заговорила Кейт. Ее голос был мягким и успокаивающим:
– Тебе совершенно не о чем волноваться. Твой образ будет великолепным. Просто давай попробуем. Не понравится, тогда и будем думать дальше.
– Ладно, – Алина сдалась, выхода у нее просто не было. Потерять возможность участвовать в проекте она совсем не хотела.
Мы облачили бедняжку в нелепое платье, надели белые плотные колготки и грубые туфли на толстом каблуке. Посмотрев на свое отражение в зеркале, актриса еле сдержала слезы. Смело можно было сказать, что выглядела она как пугало.
– Ну ты и дрянь, – прошипела она в мою сторону.
Я только усмехнулась и заметила, что теперь пришло время прически и макияжа.
– Я сама этим займусь, – сказала Кейт, – взяла все необходимое.
Она открыла вместительную сумку, из которой извлекла фен, утюжки, косметику и прочие необходимые принадлежности. Алина испугалась не на шутку.
– Вы хотите окончательно меня изуродовать? Я и так выгляжу, как сирота казанская!
– Все будет отлично, – спокойно заверила Кейт.
– Пойду посмотрю, как там дела на съемочной площадке, – сказала я и, улыбаясь, покинула гримерку.
Вернувшись минут через десять, я застыла в крайнем изумлении. Кейт еще не успела уложить Алине волосы, они были собраны в высокий пучок. Зато ее лицо – оно выглядело просто восхитительно. Не знаю, что за средства использовала моя коллега, однако кожа актрисы казалась фарфоровой и будто сияла изнутри. Глубина больших карих глаз подчеркнута накладными ресницами средней длины и необычайно искусно сделанной подводкой. Губы покрыты матовой помадой почти телесного цвета, а скулы едва тронуты персиковыми румянами. С уверенностью могу сказать – никогда Алина Герасимова не была столь красива.
Тем временем Кейт занялась волосами, буквально за пять минут уложив неухоженные пряди актрисы в красивый низкий узел. Теперь, в сочетании с макияжем и прической, нелепый наряд «заиграл». Получился великолепный художественный образ. А место, которое мы отвели под съемку, как нельзя лучше его подчеркнет.
Алина посмотрелась в зеркало.
– Просто нет слов, – прошептала она.
– Ну я же говорила, – удовлетворенно улыбнулась Кейт.
Меня Герасимова полностью игнорировала. Когда начались съемки, я оттащила Кейт в сторону:
– Это называется уродливый маргинальный образ? – возмущенно воскликнула я. – Ты сделала из нее неземную красавицу!
– Ну нельзя же издеваться над ней всю съемку! Мы одели ее в жуткое платье, если и грим будет страшным, что скажет нам Соколов? Он заставит все переделать. Еще и одежду придется брать красивую. Это специальный хитрый ход, – уверенно заявила Кейт.
По завершении съемки мне снова пришлось вступить в контакт с Алиной. Требовалось интервью. Не глядя на нее, я задавала вопросы, она, так же не глядя на меня, отвечала. Мы холодно попрощались, но не успела я отойти и на пару метров, как услышала голос Алины. Она обращалась к Кейт:
– Слушай, а ты не могла бы записать мне на диск все фотографии?
– Конечно, без проблем, – ответила та.
– Может, ты будешь иногда красить меня? Мне безумно понравилось! Мы могли бы договориться?
– Разумеется, с удовольствием.
Ушам своим не верю!
На следующий день мы снимали очередного номинанта с утра и до обеда. Незадолго до окончания съемок мне позвонила секретарша Лиза, которая сказала, что необходимо приехать в редакцию.
Входя в кабинет главного редактора, я совершенно не предполагала, что меня ждут неприятности.
– Добрый день, – приветливо поздоровалась я с начальником.
– Привет, – буркнул он, – садись.
Я слегка удивилась и немного напряглась.
– Ваша вчерашняя съемка – это что-то с чем-то, – начал Алексей, – взгляни сюда, по-моему, гениально.
На экране компьютера красовалась фотография Алины. Угольников снял ее сбоку. Актриса сидела на стуле в безжизненной позе, чем-то напоминая сломанную куклу, при этом повернув лицо в сторону объектива. Фото было воистину потрясающим. Упадок в сочетании с неземной красотой. Даже у меня захватило дух.
