— Вы замечательно осведомлены о моих неприятностях, — несколько раздраженно отозвался на его реплику гость. Сорок восемь часов уже превратились в сорок семь и три четверти.
— Вы приуменьшаете мои таланты, — обиделся капитан. — Это не осведомленность. Это прозорливость и не менее того…
Игорь Григорьевич молчал и капитан пояснил:
— Если Главный Администратор заповедника приходит ко мне не для того чтобы выпить знаменитого на всю Базу пива и попробовать соленых огурчиков, я уж не буду говорить о своей коллекции замков, которая привлекает внимание ничуть не меньше огурцов и пива, то ничем кроме неприятностей это объяснить нельзя. Да и не скажешь, откровенно говоря, по вашему виду, что вы пришли поделиться радостью…
Под эти слова сами собой лике появилась еще одна стеклянная кружка с яркой наклейкой на боку и тарелка. Капитан сунул руку под стол, покряхтел, что-то отыскивая, и вытащил оттуда пару соленых огурцов. Отряхнув их от каких-то мокрых веточек, кинжалом с рукоятью литого золота, украшенной не маленьким изумрудом, он нарезал их тоненькими ломтиками и со словами «некоторые невежды предпочитают соленую рыбу…» подвинул натюрморт к гостю.
— Интересный у вас ножичек… — заметил Игорь Григорьевич. — Откуда?
— Оттуда. Сувенир. Подарил один мерзавец…
Оглядев все сразу — тарелку с закуской, бокалы и кувшин капитан довольно потер руки и сказал уже деловым тоном.
— У вас ваши неприятности известны всем, а я, по причине неосведомленности — отличный слушатель. Начинайте.
Игорь Григорьевич поерзал в кресле устраиваясь поудобнее.
— Честно говоря, мне не слушатель нужен, а советчик… Тем более, что эти неприятности пока известны только мне.
Капитан не стал артачиться и набивать себе цену.
— Возможно. За кружкой пива в голову иногда приходят светлые мысли… Ну, что у вас за проблемы? Если они навигационного свойства…
Игорь Григорьевич вспомнил уволакиваемого в средневековую неизвестность Никулина. Нда-а-а-а навигацией там и не пахло. Какая там навигация?
— Проблемы… Это слишком мелко сказано. Проблемы… Вы ведь знаете, зачем мы здесь?
— Естественно. В полетном задании…
— Так вот, — перебил его Игорь Григорьевич. — Император не дал согласия на покупку земли под Заповедник.
— Всего-то? — Мак Кафли улыбнулся, как мог широко, показывая, что озвученная Главным Администратором проблема, по сравнению с проблемами «навигационного свойства» ничуть не считается им важной. — Первый раз, что ли?
Главный Администратор хмуро молчал и Мак Кафли, пододвинув к нему тарелку с огурцами, назидательно добавил:
— У дикарей, да и у нас с вами, никакое решение не является окончательным. Попробуйте еще раз… Возможно, решение лежит на поверхности. Может быть, вы просто пожадничали? А? Золота пожалели? Подарите ему еще чего-нибудь блестящее он, глядишь, и…
Игорь Григорьевич почувствовал неодолимое желание подняться и пройтись, но сдержался.
— Он себе уже и так почти все, что мы собрали, подарил…
Выбиравший огуречный ломтик посочнее, капитан опустил кинжал.
— Как?
— А вот так. Взял. Хапнул. Отобрал. Можете подобрать еще десяток эпитетов по своему вкусу. Если хотите, реквизировал.
Мак Кафли задумался, вспоминая значение последнего слова, потом кивнул.
— Да. Положеньеце. Жаден оказался? Ну и это не страшно… Ходы-то у вас остались? Добра этого у вас, насколько я знаю, хватает. Еще соберете и подарите.
Игорь Григорьевич все-таки поднялся. Ощущение, что он стал жертвой наглого обмана, не давало сидеть спокойно.
— Некому дарить… Он вместе с золотом и нашего прогрессора прихватил.
В несколько слов Игорь Григорьевич уместил рассказ о том, что только что случилось в Императорском дворце. Лицо капитана, только что мягкое и приветливое стало жестким.
Он переспросил.
— Я вас правильно понял? Это царек захватил нашего прогрессора?
— Что это за слово «царек»? — поморщился Игорь Григорьевич, вспомнив здоровенного, кровь с молоком, Императора. — Где же ваше уважение к нашим партнерам по переговорам? Тем более, что он здоровый, как радиобуй.
Капитан не улыбнулся. На его лице отпечаталось выражение жесткой настороженности.
— Это плохо. Очень плохо!
— А я о чем? — в сердцах сказал Игорь Григорьевич, ощутивший наконец, что капитан проникся проблемой.
— Такое нельзя оставлять без ответа. Нам бросили вызов и мы должны ответить на него так, что бы наши слова и действия вызывали… Уважение.
Заминка в словах капитана была недолгой, но Игорь Григорьевич ее заметил. Потому что ждал.
— Я думал, вы скажите «страх».
Мак Кафли кивнул, соглашаясь.
— Я бы и сказал, если б не хотел вас насторожить. А по существу это одно и тоже.
За спиной у капитана зажужжало печатающее устройство. Было видно, как из щели в нем выползает листок пластпапира.
— Вы знаете Трульда? — спросил капитан.
Игорь Григорьевич пожал плечами. Вокруг Заповедника крутилось множество людей. Всех не упомнишь.
— Он из Академии или из Космофлолта?
Капитан поднял палец и указал на потолок.
