Ранним утром действительно раздался звонок из штаба дивизии. Начальник штаба подполковник А. Н. Ильенко сообщил, что, по имеющимся данным, фашистский самолет ведет разведку над нашими аэродромами, направляясь к станице Старонижнестеблиевской. Командир дивизии приказал немедленно поднять в небо пару самолетов. В машине напарника Постнова неожиданно забарахлил мотор, и старшему лейтенанту пришлось стартовать одному. Он пролетел по курсу не больше трех минут, когда увидел чуть выше и впереди себя метров на сто вынырнувший из облаков "Юнкерс-88". Немецкий летчик, очевидно, тоже заметил преследователя и тут же скрылся в облаках. Но ненадолго. Через несколько минут они вновь оказались рядом. Постнов быстро пошел на сближение и в упор открыл огонь по правому мотору вражеской машины.
"Юнкерс" клюнул носом, а затем взмыл вверх, рванувшись к спасительным облакам. Однако Постнов успел заметить черные клубы дыма, повалившие из-под правого крыла. "Готов фашист! - весело подумал он.- Далеко не уйдет..." Так оно и вышло. Через несколько секунд тот, теряя высоту, вновь показался из-за облаков. Алексей успел повторно атаковать неприятельский самолет, сосредоточив огонь по его левому мотору. Теперь врагу оставался один курс - в землю, и он скоро упал на окраине нашего аэродрома.
Начальник штаба полка майор С. Н. Тиракьян с тремя механиками вскочил в полуторку и помчался к месту падения вражеского самолета. Машина горела ярким факелом, и невозможно было понять, спасся ли ее экипаж. В это время над местом пожара появился наш По-2. Летчик выразительно покачал крыльями и затем со снижением направил самолет к густому кустарнику за аэродромом. Стало ясно: гитлеровцы успели выскочить из горящей машины и сейчас пытались скрыться в зарослях.
Но им это не удалось. Группа Тиракьяка вскоре догнала их. Под дулом автомата командир "юнкерса" и штурман, бросив на землю парабеллумы, понуро потянули руки вверх. Стрелок, как выяснилось, был убит в воздухе.
Когда Постнов зарулил на стоянку, к землянке командного пункта подъезжала машина с пленными гитлеровцами. Командир "юнкерса", майор с Железным крестом на мундире, угрюмо оглядывался, переминаясь с ноги на ногу. В плотном кольце обступивших его летчиков и техников хмуро, но настойчиво искал кого-то. Наконец фашист спросил, кто же его сбил. Командир полка Маркелов указал на Постнова, и тогда немец насупился еще больше: видимо, обескуражило бывалого вояку, что сбил его совсем молодой русский летчик.
Запомнился мне тогда еще один боевой вылет нашего полка в тот напряженный день. На задание ушла шестерка под командованием лейтенанта Е. А. Пылаева. Все пять его подчиненных были молодыми, мало обстрелянными в боях летчиками - у каждого на счету только по 10 - 12 боевых вылетов. Опыта, конечно, маловато, но желания побыстрее схватиться с врагом, отличиться в бою - хоть отбавляй. Такой энергией нужно управлять умело, чтобы избежать неоправданных потерь. Летчики Т. Агапов, В. Иванов, Н. Шаронов, Е. Щербаков. В. Шулятьев в полку появились недавно, и командиру тоже хотелось, чтобы этот, один из первых боев прошел удачно, дал молодым воздушным бойцам отведать вкус победы, прибавил бы мужества и уверенности в своих силах. Группе же предстояло прикрывать наши наземные войска в районе станицы Киевской.
И вот Пылаев услышал в шлемофоне голос подполковника Дзусова с главной радиостанции наведения:
- К линии фронта идут несколько групп бомберов - до восьмидесяти "юнкерсов". Атакуйте головную группу. Вас прикроют "яки".
- Понял. Выполняю,- ответил Пылаев и вскоре увидел, как к "мессерам", расчищавшим дорогу перед своими бомбардировщиками, устремилась восьмерка "яков". Их вел в бой заместитель командира эскадрильи старший лейтенант И. М. Горбунов - летчик из 42-го гвардейского истребительного авиаполка.
"Яки" четко выполнили указания Дзусова: бомбардировщики остались без прикрытия. Заметив это, Пылаев устремился к головной группе и метким огнем поразил сначала один, а вскоре второй "юнкерс". Как бы прошив строй вражеских самолетов, наши истребители вели по ним прицельный огонь. Боясь столкнуться с ними, один из фашистов шарахнулся в сторону и врезался в свою же машину. Оба самолета, разваливаясь на глазах, полетели на землю. Гитлеровцы запаниковали ряды их расстроились. Бомбы полетели куда попало, и часть угодила по собственным войскам.
Вдохновленный удачей, Пылаев повел свою шестерку на новую группу бомбардировщиков. И надо же было такому случиться, что в повторных атаках каждый из молодых пилотов сбил по одному самолету противника. Да еще наши зенитчики подсыпали врагу перца - сразили три машины. Вражеский налет был успешно отражен: неприятель потерял 12 самолетов, у нас - без потерь. Командир группы Евгений Пылаев за тот бой был награжден орденом Красного Знамени, а его молодые соратники - все пятеро - орденами Красной Звезды.