Квартира явно была «точкой», «конспиративкой», снятой на время у каких-нибудь стариков, коротающих лето на даче. Мебель дешевая, старая, всё в ковриках и коврах, синтетических дорожках. Множество семейных фотографий по стенам. И только в центре гостиной на круглом столе, покрытом плюшевой скатертью, инопланетным гостем лежал раскрытый и готовый к действию ноутбук с периферией. Кротов скинул туфли в коридоре, носки были влажными – надо же, как обоссался!
– Сейчас мы сделаем укол, и вы поспите, – сказал лысый.
– Сначала душ, – помотал головою Кротов. – И чаю покрепче, а там уж колите.
– Принимается, – усмехнулся лысый. – Неслабо вам досталось.
– Могло быть хуже, – сказал Кротов и вздрогнул.
В ванной не было лосьона – только мыло и полотенца крошечные. А чаю не имелось вовсе, только кофе в термосе у стриженого. Все правильно: в такой квартире не живут и лишнего не держат. Кротов посвежел и ободрился, отказывался спать, требовал Юрия Дмитриевича, однако лысый был непреклонен. Кротова с мужскими шуточками завалили в спальне на высокую пружинную кровать, приспустили штаны и всадили укол, от которого задница окаменела, потом отнялись ноги, исчезли поясница и спина, стало шуметь в голове, голова растворялась в подушке.
Проснулся он в двенадцать по Москве, не сразу понял, где и почему находится. Сел на кровати рывком, охнул и замер от боли, тихонечко поднялся на ноги – так легче, вроде отпустило. Направился неспешно в туалет, где долго брызгал темным в ржавый унитаз.
– С добрым утром, – сказал лысый, когда Кротов приплелся в гостиную.
Они со стриженым сидели рядом за столом. Напротив, у компьютера, расположился незнакомый парень студенчески разболтанного вида. Возле серванта с посудой стоял шофер с заложенными за спину руками. Куда же делся третий, с заднего сиденья? Лысый показал ладонью на кресло в углу.
– Присаживайтесь, Сергей Витальевич.
Кротов сел и сказал:
– Может, познакомимся? Грешно не знать своих спасителей. В Ватикане вам свечку поставлю.
– Мы не католики, – проговорил с улыбкой стриженый. Заулыбались все, и хуже всех осклабился шофер. Студент побрякал клавишами ноутбука и замер с посторонним выражением. Одет он был, как на рекламе жвачки «Риглиз». – К тому же у вас, Сергей Витальевич, есть более практичный способ отплатить друзьям за своевременную помощь.
– Баксы в папке? – спросил Кротов. – Забирайте. А где Юрий Дмитриевич?
– Какой Юрий Дмитриевич? – стриженый расширил ясные глаза.
– Кончайте ломаться, – Кротов едва справился с окатившей его волной предательских мурашек. – Дайте-ка мне телефон, дальше я буду говорить только с ним.
– Говорить вы будете с нами, – возразил лысый, поиграв затекшими плечами. – И говорить по-дружески, без крайностей. Время дорого. Мы и так заждались, когда вы проснетесь. Цените нашу деликатность, Сергей Витальевич.
– Телефон! – потребовал Кротов и вытянул руку.
Шофер у серванта сделал быстрое движение и направил на него черный брусок. Кротов видел такие: электрический парализатор ближнего действия, черт знает сколько тысяч вольт. Ему резко захотелось в туалет, и он подумал: до конца жизни теперь буду ссаться от страха, как пудель.
– Чего вы хотите?
– Всего лишь пароль, – лысый поднял со стола двумя пальцами его, Кротова, карточку кипрского банка. – И номер счета, соответственно.
– Там мало что есть, – вяло произнес Кротов. – И как вы сможете...
– Мы сможем, – сказал парень за компьютером, а лысый отчетливо назвал банковскую сумму.
– О, вот теперь я точно знаю, – печально выговорил Кротов, – что вы действительно от Юры. Все снимете или оставите на жизнь?
– Мы вам папочку оставим, – ответил стриженый. – Ну как, будем сотрудничать, или вам прошедшей ночи маловато?
– Дайте подумать, – сказал Кротов. – И курить дайте, где мое курево?
Свободной рукой шофер положил в пепельницу сигареты и зажигалку, протянул, как в ресторане, – склонившись, но не приближаясь.
– Какие гарантии, что я выйду отсюда и смогу улететь из страны?
– Вас мы не тронем, – сухо пообещал лысый. – На этот счет у нас прямые указания. Улететь из страны – это ваша проблема.
– Я хочу поговорить с Юрием Дмитриевичем.
– В Москве его нет, – сказал стриженый.
– Мобильный?
– Оставим эту тему, Сергей Витальевич. Диктуйте, я записываю.
Когда Кротов закончил диктовать, лысый спросил делово:
– В конце пароля – с точкой или без?
– С точкой, – сказал Кротов.
– Смотрите мне, Сергей Витальевич, – стриженый дружески погрозил ему пальцем. – Нам бы очень не хотелось...
– Мне тоже, – сказал Кротов. – На дорожку укольчик поставите? Очень уж больно сидеть.
– Мы дадим вам таблеток, – пообещал лысый. – От укола вы снова заснете.
Шофер увел его на кухню. Кротов курил, прихлебывал кофе, слушая долетавший из гостиной стрекот компьютерных клавишей и малопонятные реплики студента. Потом на кухне появился лысый с листком бумаги и чернильной авторучкой.
– Нарисуйте свою подпись, банк требует факсимиле. И аккуратнее, пожалуйста... Помните, как раньше было: все ждут зарплату, а бухгалтер из банка приехал пустой – подпись «не идет»... Снова с точкой?
