— А остальные утешатся тем, что учатся на том факультете, который вроде как выбрали. Типа занимаются любимым делом, хоть и не ликвидаторы, и им добыча кристаллов мониара не светит.
— Светит, но не в том количестве, который получают ликвидаторы. Глава рода распределяет добытое по всем членам своего рода согласно многим пунктам и параметрам. Традиционно именно глава рода самый главный добытчик, столько рейдов, сколько совершает глава, не делает никто. Ровно поэтому так важны высокие рода, хотя высшие миры населяют не только маги и хранители.
— Черт с ними, с великими родами и домами, во все времена от них снобизмом попахивало.
— Леди Марина, — то ли рыкнул, то ли предостерёг Лейнард.
— Я не принижаю важность великих домов, тьфу, родов. Но сейчас это меня интересует куда меньше. Вот ты сказал, что главная цель хранителя пройти путь высшей эволюции.
— Верно. Стать творцом, обрести условное бессмертие.
— Почему условное?
— Потому что только боги вечны, а помощники могут оступиться и тогда последует наказание. Все, кто стает ликвидаторами на особом положении у богов. Они в любой момент могут вмешаться в нашу жизнь.
— Можно подумать они и сейчас не вмешиваются.
— Конечно вмешиваются, потому что мы их детище. Я имел ввиду, что вершить судьбу ликвидатора могут только боги. Ни у кого из нас нет права лишить жизни ликвидатора. Только вывести на суд высших богов.
— Даже если он убивал мирных жителей? Строил козни? Я вот не верю, что вина за то, что у вас высокие леди мрут как мухи, лежит на каком-нибудь человеке, далеком от иллами. Вот по-любому это кто-то из высоких родов, и не удивлюсь если ликвидатор. Так почему же, если боги вмешиваются в нашу жизнь, то здесь они дают им простор для бесчинств.
— Потому что все идет так, как и должно. Значит, нашему миру это необходимо.
— А как же невинные? Разве те леди в чем-то виноваты? Где же справедливость?
— Марина, это решение богов, и оно не оспаривается. Мы не знаем всех и замыслов, не знаем, что та душа творила прежде, чем заново родиться в роду хранителей, но если ее прошлое оставило отпечаток на новой жизни и стремления не изменились, то вполне возможен и такой исход.
— Как и то, что эта душа, в новом воплощении не должна была сейчас умирать.
— И такое возможно, а значит новая жизнь будет луче, счастливее.
— Слабое утешение!
— Мы иначе относимся к смерти, и надеюсь, ты позже обязательно поймешь почему.
Да уж, конечно, пойму!
— Ладно, ты не договорил про помощников. Я перебила, извини.
— Они могут сами пожелать и отказаться от своего могущества. К примеру, захотев возродиться в том мире, какой они сами создали.
— И что так бывает?
— Если я об этом говорю, значит было?
Резонно.
— Хорошо, давай смоделируем ситуацию, когда хранитель иллами достиг той самой эволюции. И вот допустим, он ее прошел, что станет с его иллами? Вот с теми тремя, что он получил. Куда денутся три души, если он вдруг станет помощником высших богов? Они что же, так и не смогут переродиться? Обретут условное бессмертие наравне со своим хранителем в образе невольных помощников и союзников?
— Невольных союзников не бывает
— Лейнард, да брось, — я фыркнула, — есть моменты, когда для достижения большего блага, выбор невелик: стать союзником врага или потерять вообще все.
— Но выбор есть всегда. На Грани души находятся не просто так, они знают почему они там, и это их выбор остаться или искупить свои грехи. А уж те души, что считаются древними, особенно, потому что им давался шанс на перерождение, они от него отказались.
— Неважно, ты не дал конкретный ответ, что с этими иллами происходит? Теми, которые в связке с новоиспечённым помощником высших богов.
— Они выбирают новую жизнь, Марина. Сами, где, кем и у кого родятся. Боги, как ты понимаешь, не пользуются иллами. А помощники наделяются именно божественной силой, как минимум на половину равной той силе, что есть у богов.
— Вот это ночка… — выдохнула я, немного успокоенная заявлением Лейнарда. — Прямо время открытий.
— Вы еще не однократно к этому вернетесь и будете разбирать на лекциях. — Устало выдохнул мужчина.
И тут ко мне закралась мысль, по-хорошему, она должна была возникать раньше. Но я же как обычно, только о себе и думаю.
— А ты и во время обучения на третьей ступени участвуешь в рейдах?
— В рейдах участвуют с первой ступени, под контролем куратора, конечно же. — Растягивая слова и явно пытаясь задушить зевок на корню, произнес он. — Но да, участвую, вместе со своей командой.
Мысленно поудивлялась порядкам академии, но потом сообразила, что Лейнард-то будущий глава первого рода. А с ним, наверняка все иначе, чем с другими студентами.
— И сегодня перед тем, как прийти ко мне, ты, получается, с рейда шел?
На этот вопрос Лейнард почему-то долго не отвечал.
Я честно прождала пару минут, а потом распахнула глаза и повернула голову к мужчине.
Он спал. Я впервые видела, чтоб вот так взяли и вырубились. А он реально вырубился!
Это насколько же я его вымотала?! И не только я… еще ж энергией меня питает… Правда, я пока ничего толком не ощущаю, кроме тепла в наших ладонях.
