Я прикрыла глаза. А мама-то об этом знает? Или он только сейчас признался, мне?
— Риша, я хотел бы, чтобы этот разговор остался строго между нами. Не стоит никому знать о том, когда я совершал переходы и что делал на Земле. Даже Равьеле.
Ошизеть. Он все-таки не сказал маме! Не сказал о том, что сделал для нее! Он вообще нормальный?!
То есть отдать приказ о пощечине, а заодно пугать смертью жены, чтобы его дочь свою магию пробудила — Марс смог. А рассказать своей жене, любимой, между прочим, о том хорошем, что в нем было, посчитал слабостью что ли?
Зачем же так? Зачем заставлять себя ненавидеть?! Если даже мне уже понятно, что ради своей любви он готов на многое. Не просто готов, а делал все возможное и невозможное!
— Расскажи ей сам, отец. — Хрипло попросила его. Я впервые так назвала его, не за спиной, не мысленно, а глядя прямо в его глаза. — Обязательно расскажи. Она должна знать.
Я резко вскинула голову, и уставилась в потолок, потому что на глаза наворачивались слезы, а плакать я не хотела.
Я больше, чем уверена, что не было бы у меня ни братьев, ни сестер от других женщин, если бы не дебильные законы и традиции Тантерайта. И осуждать Марса не получалось. Потому что я тоже знаю, что такое ответственность. Одна жизнь против тысячи. Выбор очевиден. Но даже так, даже черт побери вот так, он имеет право на прощение. И на счастье. Мама ведь тоже все еще любит его… и только ей известно, какой болью для нее стало наличие других детей. Может, это признание позволит ей дать им шанс?
И как-то я совершенно не ожидала, что Марс вдруг окажется близко. Мало того, притянет меня к себе, прижмет к своей груди, и прошепчет в макушку.
— Поплачь, дочка, поплачь. Пусть все переживания выйдут.
Безумные события предыдущего дня остались позади. Я проснулась довольно рано и уже могла анализировать все, что со мной произошло.
Конечно, на полигоне с Окатарией я не хило подставилась. Видимо, это моя самая большая проблема — думать о людях лучше, чем они есть на самом деле. И с этим точно нужно что-то делать. Правда и быть вечно подозрительной ко всем и всему, тоже не хотелось. Это же и до паранойи дойти можно, а мне все же в будущем хочется и семью, и друзей. И чтобы наши отношения регулировались не только рамками этикета, традиций и прочей атрибутикой, усложняющей жизнь. Она и так не простая в этом мире.
Я вздохнула и вспомнила о Марсе. Надо же…
Кто бы мог подумать, что папа настолько сильно принимал участие в жизни своей жены и ребенка? Вообще, мне трудно дать оценку его действиям, я не владею телепатией, чтобы читать мысли, но одно могу точно сказать: я сделаю шаг навстречу для того, чтобы наши отношения вышли на другой уровень. Мы оба этого хотим. А я, наверное, даже в большей степени. Просто наше знакомство было неправильным, неприятным и каким-то отчаянным. Со стороны папы так точно.
Я ведь, как и любой другой человек, росший без отца, всегда мечтала о том, чтобы он у меня был. Это нормальное и естественное желание. И раз он у меня все-таки есть, а моя жизнь для него не безразлична, то какой смысл дуться и прятаться по углам? Потом можно очень сильно пожалеть. А жалеть о не сделанном я не любила.
Интересно, папа все же сможет признаться маме в том, что всегда бережно хранил ее образ в своём сердце? Как он сказал? Высокий лорд всегда чувствует свою любимую женщину? Честно, скажи так обо мне Лейнард, и я бы растаяла. Мечтать, конечно, не вредно. Да уж, Риша, вляпалась ты с этим Лейнардом. По самую макушку.
Сможет ли моя мама простить и понять папу? Будь на ее месте я, меня наверняка разрывали бы противоречия, а вот она все же воспитана на Тантерайте и многое воспринимает совершенно иначе. Возможно, мне все-таки повезет увидеть своих родителей счастливыми? А там глядишь и подарят мне еще одного брата или сестру? Я хихикнула и откинула одеяло, но все еще оставалась в кровати. Пока вставать не хотелось.
Вчера после того, как я разревелась в объятьях отца, все последующее было как в тумане. Я толком и не помню, ни как попрощалась с Марсом, ни как оказалась в жилом блоке, ни уж тем более как умудрилась принять ванну и лечь спать.
Но проснулась я у себя в спальне, отлично отдохнувшая и в хорошем настроении. Что примечательно одна.
— Он не приходил. — Отозвался на мои мысли Феликс, сразу сообразив о ком я думаю. — И ты ничего не пропустила. В ванной тебе помогла Ламея, да и переодевала тебя тоже она.
Невольно улыбнулась, подумав о сестре. Спасибо ей, огромное. Да и всей моей команде. Они настоящие товарищи. Ладно-ладно, не все, но большинство! Аэлья просто неизбежное зло.
— Не приходил, — эхом повторила за иллами. — Думаешь, была дуэль и что-то случилось?
— Риша, я скорее поверю, что магия из мира исчезнет, чем Лейнард проиграет такому слизняку как тан Зижар.
— Я не сказала проиграть, — огрызнулась я. — Я сказала: что-нибудь случилось.
— Спрячь колючки, я понял тебя. Не знаю. Как и не уверен, что дуэль была именно вчера.
— Почему?
