— И что тогда? — с нежностью разъяренной кобры прошипела Рин ему на ухо. — Дернешься — мой кинжал приятно охладит твою горячую кровь. Попытаешься драться — я изобрету новый цвет. Назову его «мозги в шоколаде». А труп скормлю акулам. И никто не вспомнит, что был такой замечательный лысенький паренек, который любил бить беззащитных и громить лавочки законопослушных пожилых леди. Я голодная. А когда я голодная, я очень злая. И неизвестно, что мне взбредет в голову.
Лезвие пропутешествовало от его горла по спине и уперлось в бок.
— Вставай, позорище. Шагом марш вылизывать стенки.
Она пинками подняла на ноги обоих матросов и уселась на стол, сложив руки на груди. Хозяйка кондитерской незамедлительно вручила матросам ведро с водой и тряпки и стала командовать. Анхельм осторожно подошел к Рин и тихонько спросил ее:
— Милая, какого демона тут происходит? Ты уверена, что у нас есть время заниматься этой ерундой? До сих пор я потакал твоим желаниям, но сейчас я начинаю терять терпение.
Рин вздохнула. Раздражение Анхельма было ей вполне понятно, поэтому она не стала язвить и объяснила:
— Альберта — моя старая знакомая. Когда-то она мне жизнь спасла. Я не могу бросить ее просто так.
— Ты понимаешь, что твои усилия тщетны? Насколько я понял, этих матросов послал кто-то…
— Местная большая шишка криминального мира. Хотела бы я знать, кто такой этот Массам. Альберта?
— Мне не так и много о нем известно. Знаю только, что у него все Южные острова под колпаком, — развела руками хозяйка.
— Слышь ты, лысый! — позвала Рин. Матрос обернулся и подошел, оглядывая неприязненным взглядом Анхельма.
— Че надо?
— Ты давай повежливее говори, — рыкнула Рин, как бы невзначай отодвигая герцога назад, себе за спину. — Тебя Массам послал?
— Не знаю такого.
— Все он знает! — заявила Альберта, подходя к Рин. — Массам уже не первый раз присылает своих подонков!
— Тише, Альберта, тише.
Рин спрыгнула со стола и вдруг с силой пнула лысого чуть ниже колена. Тот, заорав от боли, упал на пол, и она тут же вырубила его ударом по шее сзади. Его бородатый товарищ бросил швабру и дернулся к Рин. Пьяная дымка ушла из его глаз, он был напряжен и готов драться не на жизнь, а на смерть. Оценив ситуацию, она мгновенно выхватила револьвер, и дуло уперлось в лоб матроса. Он замер с поднятыми руками, лицо его стало наливаться кровью.
— На кухню все! Быстро! — отрывисто скомандовала Рин друзьям, не сводя тяжелого взгляда с потенциальной жертвы. — Альберта, закрой двери, зашторь окна, выкини отсюда всех и освободи подсобку. И принеси самую толстую веревку, какую найдешь.
Женщина тот час бросилась исполнять. Фрис тяжело поднялся со стула, лениво подошел к Анхельму, и увел его с собой на кухню. Ладдар молча проследовал за ними. Рин дождалась, когда ее друзья уйдут и снова обратилась к матросу:
— У тебя есть два варианта. Первый: опытным путем мы узнаём, есть ли у тебя мозги. Револьвер препарирует некрасиво, но качественно. Второй вариант: выкладываешь все, что знаешь. Ну как?
— Я ничего не знаю.
— Значит первый вариант? — ее палец чуть придавил курок.
— Белый нас прислал. Наш капитан это. На «Белом ветре» ходит, потому и зовут Белым, — ответил бородач, сверля ее взглядом.
— Зачем прислал?
— Сказал зачистить лавочку и выкинуть кошелку.
— Зачем ему это?
— Груз хранить.
— Какой груз?
— Не знаю.
Рин недоверчиво вскинула бровь вверх и сильнее надавила на курок.
— Правда! Не знаю! — занервничал он. — Торговля! Пес его знает! Мы к товару — ни ногой, Белый в трюм не пускает. Выгружают без нас.
Курок ушел почти до упора.
— Убери ствол, а! — попросил бородач. По его щеке потекла крупная капля пота.
— А рожу тебе вареньем не намазать? Потерпишь. Что он имеет с груза?
— Деньги. Делится щедро. Команда корабля двести человек, с каждого захода в порт он нам отстегивает по две тысячи ремов. Барыши тут самые большие, видать, даже в Маскарене так много не дают, как здесь.
— Откуда груз?
— Галдам.
— Прибыль, говоришь, самая большая… — прищурилась Рин. — Когда Белый будет в порту?
— Сегодня около девяти придет на третий док.
— Как найти?
— Фрегат с орлом на носу. Ночью он отплывет.
— Ясно, — сказала Рин и ударила бородача под дых. Он согнулся, и она приложила его револьвером по шее. Тяжело вздохнув, она взяла матросов за ноги и поволокла в подсобку. Из-за двери появился бледный и нервный Анхельм. Увидев, как она тащит матросов, он округлил глаза.
— Они же тяжелые!
Рин сделала такое лицо, как будто бы говорила «да быть того не может!»
— Их надо связать, пока не очухались.
Рин накрепко связала их и заткнула рты тряпками. Анхельм следил за ней с некоторым страхом и недовольством.
— Зачем все это? Ты вообще мне что-нибудь объяснишь? — холодно спросил он, когда они прошли на кухню.
— Значит, слушай, — вздохнула Рин тяжело, уселась на стол и задумчиво уставилась сквозь Ладдара. Тот ответил ей неприязненным взглядом, но она не обратила внимания.
— Альберта, сделай хотя бы чаю, я устала, как собака, — поморщилась девушка и продолжила. — Так вот. Судя по тому, что мне удалось узнать, где-то здесь находится крупный склад контрабанды.
