– Может, и не выгодно. Но я просто не успею подготовиться к обмену. Ты ведь, наверное, на бэхе к мосту подкатишь, прямо по дороге?
– Разумеется. Не вести же твою дочурку сталкерскими тропами. Еще в аномалию попадет какую. Ты же потом мне претензии предъявишь. А в чем проблема? У тебя же есть бронетранспортер?
– Есть. Но нет топлива. А пехом мы не успеем до наступления темноты.
Рация помолчала. Затем заявила скрипучим голосом Капитана:
– Я тут по карте прикинул. Все ты успеваешь. Если группа выйдет не позже десяти, то к пяти часам дня спокойно подоспеете. А то и к четырем. Зря ты тянешь время.
– Я не тяну. Я реально не успеваю. Мне надо собрать людей, проинструктировать. Они ведь не к теще на блины идут.
– Зря ты тянешь время, Ирод, – с угрозой повторил Вальтер. – Обдурить меня собираешься? Подумай о дочери. Получишь сегодня первую посылку с кусочком ее плоти, по-иному запоешь.
– Не пугай меня, урод. Если тронешь Марусю хотя бы пальцем, никогда не получишь «панацею». Не веришь – проверь. Короче! Мне нужно все продумать. Дай мне время до одиннадцати часов.
На этот раз Капитан держал паузу почти целую минуту. Затем из динамика донеслось:
– Так и быть, я дам тебе время. Но только до десяти. Не выйдешь на связь – отрублю девчонке мизинец. Для начала. Понял меня?
– Понял, – сказал атаман.
Он добился отсрочки, и это уже было хорошо. Потому что принимать решения приходилось в цейтноте. Вальтер наверняка уже многое продумал, потому и вел себя так агрессивно, навязывая свою игру. А вот Ирод был вынужден защищаться, прикидывая варианты на ходу. И понимал, что без контригры обречен на поражение.
В дверь громко стукнули. И она тут же отворилась, впуская Кащея. Собственно, в Логове позволить себе входить без разрешения в кабинет Ирода могли только три человека – Маруся, Грек и Кащей. Сейчас знахарь стоял на пороге, опираясь на костыль. И тут же сообщил:
– Грек пришел в себя. Тебя зовет.
Атаман предупреждающе поднял ладонь – мол, подожди секунду.
– Ну что, до связи в десять? – прозвучал в динамике голос Вальтера. – Договорились?
– Договорились. Только еще один вопрос. Скажи, где мой хабар?
– Какой еще хабар?
– Маруся была с хабаром. Его нес Фома. Кстати, что с Фомой?
– О Фоме забудь – нет его больше. Сам виноват, ерепениться начал. А о хабаре ничего не знаю. Разбирайся с Осипяном. Или у дочери спросишь. Если, конечно, вернешь ее.
– Верну, – сказал Ирод. – До связи.
Он посмотрел на Кащея:
– Значит, Грек очнулся?
– Да. Хочет тебя увидеть.
– Это очень кстати. Хоть будет с кем посоветоваться.
– По поводу Маруси?
Атаман глубоко вздохнул – и не ответил. Чего ему говорить? – псионик.
Грек полулежал на топчане в комнате Кащея, опираясь спиной на подушку, и делал руками физкультурные упражнения. Ирод сразу посмотрел на лицо старого корешка – оно было бледным и запавшим, покрытым густой щетиной. Но желтизна, явственно проступавшая вчера вечером, исчезла.
– Я смотрю, ты уже нормы ГТО готов сдавать? – пошутил атаман. – Морская гвардия не тонет.
Шутка была с намеком. Грек в юности отслужил три года в морской пехоте – как раз в период распада СССР – и до сих пор носил тельняшку зимой и летом. На нем и сейчас был тельник без рукавов, что, впрочем, не имело никакой связи с временами года. В Чернобыльской Зоне, как известно, всегда примерно один и тот же климатический сезон – осень.
– Кто сгорит, тот не сгниет, – отозвался кореш. – Некогда разлеживаться, не на курорте. Но по поводу ГТО ты перегнул – ноги пока не держат, до горшка на четвереньках добираюсь. Кащей говорит, что еще сутки полежать придется.
– Раз говорит – значит, так и есть, – сказал Ирод, присаживаясь на табуретку рядом с топчаном. – Хотя ты бы мне сейчас очень пригодился. Да мне бы сейчас любой боец сгодился. Дела такие, что просто задница полная.
– Вот о делах я тебя и хотел спросить. Рассказывай. Мне Кащей сообщил, что Маруся в Форте осталась.
– Если бы в Форте.
Ирод покосился на знахаря. Тот, как зашел, прикрыл за собой дверь. Но остался стоять около порога, опираясь на костыль. Поймав взгляд атамана, коротко спросил:
– Мне выйти?
Ирод размышлял несколько секунд. Потом отрицательно мотнул головой и показал глазами на угол комнаты, где находился личный закуток псионика – стол с табуреткой, шкаф, топчан. Мол, побудь здесь, от тебя секретов нет.
Полностью доверять Кащею атаман, разумеется, не мог. Но от него по-любому трудно было что-либо утаить. А сейчас у Ирода возникло предчувствие, что именно в данной ситуации псионик может помочь. Башка-то у лекаря варила дай бог каждому, даром что мозг малость атрофирован. По смекалке он, пожалуй, и Грека мог переплюнуть. А еще Зону знал как свои пять пальцев.
– Так что там с Марусей? – спросил Грек. – Она не в Форте? Не понял, объясни.
– Да, она не в Форте, – угрюмо произнес Ирод. – Со вчерашнего дня она находится в плену на базе Вальтера, в Цитадели. И он требует выкуп…
