Долг – Отечеству, честь – никому… полностью

«Часто руки, которые рыли землю, – вспоминал очевидец, – останавливались, не кончив работы, и тот, кто держал заступ, молча падал, чтобы уже больше не подняться, на краю полураскрытой могилы. Те, которые еще были живы, взваливались на лошадей или их несли на руках солдаты, артиллерийские лафеты были завалены больными».

Британский полевой госпиталь был переполнен; смущало другое – огромное количество трупов, вывозимых через его задний двор. Зная это, солдаты, скрывая первые признаки болезни (кровавый понос), докладывать об этом своим командирам не спешили. Подобное поведение ухудшало и без того неблагоприятную эпидемиологическую обстановку в лагере.

Так, командир 1-го полка записал в те дни в дневнике: «Холера наступает, люди быстро умирают. Все отправленные в госпиталь в Варне оказались в могиле. За две последних ночи умерло 15 человек. Об отправленных возницами на медицинских повозках ветеранах следует забыть. Думаю, всех их похоронят в Варне. Перед отъездом туда они все напились и теперь, наверное, умрут как собаки»¹⁹.

Что же произошло? Дело в том, что союзники просчитались. Они планировали всего лишь попугать «русского медведя», дабы он наконец оставил в покое Дунайские княжества турецкого султана. О чём, к слову, Абдул-Меджид I даже не просил – он буквально вопил, взывая о помощи, и даже не скрывал этого! Однако, пока британцы и французы готовили операцию, пока согласовывали детали и занимались формированием и транспортировкой экспедиционных армий, с лёгкой руки австрийского императора Франца Иосифа I, проявившего себя отнюдь не джентльменом (по отношению к Николаю I), в регионе всё круто изменилось. В результате, союзники оказались в своего рода ловушке, ну а русские…

У русских тоже хватало проблем.

Летом 1853 года состоялся Высочайший манифест Николая I о занятии Россией Придунайских княжеств. В марте следующего года Дунайская армия переправилась через Дунай, и после того как армию возглавил генерал-фельдмаршал Иван Паскевич[77], в мае месяце его части осадили турецкую крепость Силистрию на правом берегу реки. Однако ночной штурм 16 (28) мая Арабского форта (Араб-Табии), самого укреплённого в Силистрии, закончился для нас неудачей. Потери атакующих составилии более 300 человек убитыми и почти 600 раненых; не вернулся из боя и руководивший операцией начальник 8-й пехотной дивизии генерал-лейтенант Дмитрий Сельван. Лишь на третий день где-то во рву, среди сотен солдатских трупов, удалось отыскать его изрубленное тело – обезглавленное, с вырванным сердцем.

71-летний фельдмаршал Паскевич, получив серьёзную контузию ядром и сдав командование армией генералу Горчакову, убыл с театра военных действий (хотя и продолжал руководить войсками из Ясс).

Генерал от артиллерии князь Михаил Дмитриевич Горчаков отличался решительностью, поэтому привык доводить любое дело до конца. Но даже ему вскоре стало ясно, что Силистрия – тот ещё орешек, который придётся оставить не раскусив. В связи с тем, что кольцо блокады было неполным, к лету гарнизон крепости увеличился до 20 тысяч. Но было и другое: неожиданно дали о себе знать австрийцы, 80-тысячная армия которых, заявив о своей «миротворческой миссии», двинулась в сторону Дунайских княжеств. Со стороны вчерашних союзников такое поведение выглядело подлинным свинством, ибо совсем недавно эти же союзнички слёзно умоляли Россию о срочной помощи в борьбе с венгерской революцией 1849 года. Несмотря на то что бунтовщиков с нашей помощью быстренько усмирили, австрияки после этого словно сошли с ума…

А тут ещё турки… да англичане с французами в самом подбрюшье, под Варной…

Опытный полководец, Горчаков, склонившись над картой, понимает, что, хотя от Силистрии до Варны вёрст этак 100–120 (смотря каким путём следовать), но драться с целой сворой всегда себе дороже. Тем более что в этот раз противник оказался недоговороспособным по определению: османы, британцы, французы да ещё австрияки[78]. Свора.

11 (23) июня 1854 года Дунайская армия, сняв осаду Силистрии, отошла на левый берег. А вскоре начался вывод русских войск из Молдавии и Валахии. К сентябрю Дунайская армия отойдёт за Прут, на свою территорию.