– Иначе, вы бы его и не поймали при мне, – здраво рассудила девушка.
– Вероятно, вы правы, – пожал плечами Болотный. – Не медли, Георгий!
Егор выставил руку вперед, морщась от боли, и из перстня повалил густой то ли дым, то ли пар, постепенно обретая цвет и плотность и формируясь в Елизара. Полностью преобразовавшись, юноша упал на пол, не удержавшись на ногах. Егор поспешно отступил за порог, с явным облегчением потирая пальцы. Всеволод окинул взглядом Елизара и, оценив, насколько тот безопасен, улыбнулся Обломовой:
– Что ж, Лизавета Александровна, вы сработали безукоризненно – наш Елизар пока даже в себя прийти не в состоянии. Не бойтесь, вам недолго придется пребывать с ним в этой комнате – скоро мы избавим вас от общества этого юноши, – Всеволод развернулся и вышел из помещения, обернувшись на пороге: – Ах, да! Вы вероятно, голодны – можете пожелать что угодно – все тут же появится! Стол волшебный – а с магией предметов, насколько я понял, вам не так легко справиться. Если не выйдет – стучите в дверь – охрана в вашем распоряжении.
И, сказав это, все еще с улыбкой на приятном лице, Всеволод закрыл за собой дверь, оставляя Лизу и сидящего на полу Елизара одних в комнате.
Глава сорок третья, в которой Егор, наконец, освобождается от долга
Агата нервно постукивала туфелькой по ковру, раздраженно барабаня пальцами по столу – эта девчонка ее оскорбила! Унизила! Да что она возомнила о себе?! Рядом похмыкивал и покашливал Алексей, стараясь привлечь к себе внимание, но Агата не реагировала на него, понимая, что если сейчас заговорит с ним, то обязательно сорвется и устроит скандал. Ей нужно было успокоиться. Желательно – в тишине и одиночестве. Но, естественно, желания волшебницы никого не волновали – Ваня тихонечко подкрался к ней и как можно более спокойно и убедительно, сказал, легко угадывая мысли Агаты:
– Лиза не специально. Она не хотела вас обидеть.
Колдунья резко обернулась к племяннику и, нахмурившись, отчеканила:
– Не нужно ее оправдывать. Тебе следует извиниться за собственное поведение! Ничего не хочешь мне объяснить? Например – почему сбежал от меня и отправился к лесовичам?
Ваня смутился, покраснел и собрался ретироваться, пробормотав что-то о том, что пойдет подождет отца в холле, и начал быстро отступать к двери, но Агата ловко ухватила его за локоть.
– Нет-нет, молодой человек! Нас ожидает до-о-олгий разговор. Идем!
И волшебница решительно потащила племянника за собой из кабинета, с мрачным удовлетворением думая о том, что ей есть теперь на ком сорвать раздражение. Иван обернулся на присутствующих в поисках поддержки, но Семен лишь проводил его бесстрастным взглядом, Алексей страдальчески вздохнул, понимая, что в очередной раз лишился возможности переговорить с Агатой, а Василек и Вадим помахали мальчику вслед, сочувственно улыбнувшись.
Агата и Ваня, проносясь через холл, столкнулись с неспешно возвращающимися в кабинет Всеволодом и Егором. Ваня успел лишь окликнуть отца, но Агата перебила его, оповестив удивленного брата:
– Я проведу с Иваном воспитательную беседу!
И, не интересуясь мнением самого Егора на этот счет, взбежала по лестнице, уводя за собой племянника. Воронцов перевел вопрошающий взгляд на довольно улыбнувшегося Всеволода, и тот сказал:
– Что ж, думаю за манеры твоего сына больше не стоит переживать – его воспитанием занялся нужный человек.
На это Егор мог лишь кивнуть, и они с Всеволодом прошли в кабинет.
– Господа! – обратился чародей к присутствующим. – У нас с Георгием осталось одно небольшое незавершенное дело, требующее конфиденциальности, поэтому прошу вас всех ненадолго покинуть это помещение. Кроме Семена. Вадим, кажется, Алексей, хочет побольше узнать о твоей подруге – будь добр, предоставь ему нужные сведения и, пожалуйста, развлеки нашего гостя, – маг кивнул на недовольного Василька.
На деле слова
– Не волнуйся, Василек, хоть Георгий и передает Елизара в мое распоряжение, обещание остается в силе – мальчишка лишится своей истинной сущности. Если ты, конечно, не передумаешь.
– Не передумаю, – жестко ответил Василек, и вышел из кабинета.
Вадим с Алексеем тоже вышли, направляясь в крошечную гостиную на втором этаже, где они могли бы спокойно поговорить. Всеволод уселся в свое кресло, предложив Егору расположиться напротив, и выхватил из воздуха лист с договором, сияющий легким светом в предвкушении подписания.
– Я же могу подписать за Елизара? – нервно уточнил Воронцов.
– Конечно, – заверил его Всеволод. – Нам нужно лишь внести некоторые коррективы в текст соглашения.
