– Рэту, представь что ты заяц или вкусная птица с красным оперением у головы, а теперь наступи на эту веревку и иди дальше.
Петля зацепила Рэту за ногу и не пускала. Чем сильнее он дергал, тем крепче становился узел. Рыжий остановился и вопросительно посмотрел на него. И что, типа, дальше.
– Ты все-таки не так умен, рыжий. Эссу хочет сказать, что если веревки расставить в нужных местах, то добыча, попав в петлю, не сможет никуда убежать. Только у нас нет столько веревок, – Энку идею понял сразу и теперь рассчитывал от нее практическую пользу. – И ловушка не удержит большого зверя – и олень, и бык легко ее порвут. Надо выкопать яму, чтобы они провалились туда и не могли выпрыгнуть.
– А петля не на них рассчитана, это на птицу или мелкого зверя. Зато расставить такие петли смогут даже подростки. А веревки можно взять у Эрру. Рэту, ты не забыл, что со вчерашнего дня являешься моей левой рукой и должен руководить мужчинами, а так же готовить молодежь к искусству охоты? Так покажи, что семья не просто так доверила тебе этот рог. Собери сегодня вместе Лэнсу, сына Иквы и других подростков, которые подходят по возрасту – покажешь им, как расставлять силки и где. Ловушки надо будет ежедневно проверять. А я с Эхеккой и Эпей с Энку пойдем сегодня на охоту.
– На равнине снег, вы не сможете далеко уйти.
– Что-нибудь придумаем.
Первоначально Андрей хотел использовать подобие лыж, но, подумав, отказался от этой идеи. На их изготовление у Эрру ушло бы три дня, если не больше. В результате остановился на промежуточном варианте – привязали кожаными ремнями к ногам плоские дощечки, в итоге получили снегоступы. Правда, если ногу при ходьбе не ставить параллельно к земле, то острый конец снегоступов втыкался в снежный покров и приходилось их постоянно счищать руками.
– В следующий раз надо будет концы загнуть, – с запозданием пришла мысль об улучшении их конструкции.
В конце – концов, все приноровились, но с непривычки, начали побаливать мышцы ног.
У озера они разделились – Три пальца с Эхеккой отправились вдоль правого берега, а они с Энку, прихватив с собой сани, на Закат. Это та сторона, где находятся Холмы забвения, там он очнулся в гроте когда появился в этом времени. Степь выглядела какой-то пустой – только следы зайцев, птицы или другой мелкой дичи. Но им нужен крупный зверь. Равнина начала постепенно сужаться, пока они не очутились в длинном узком овраге шириной метров 50. Теперь над головой высились отвесные склоны.
– Пошли туда, – Энку тычет пальцем в небо.
Над оврагом простиралась степь, с одной стороны ограниченная пологим скользким спуском, которым они только что с большим трудом поднялись наверх, а с другой – невысоким каменистым пригорком, поросшим хвойными деревьями. В этом леске они и решили переночевать, поскольку тусклое солнце стало быстро катиться за горизонт. Чтобы не волочить на себе лишний раз волокушу оставили ее на равнине. В занесенной снегом неглубокой ложбине соорудили уютную берлогу, на пол накидали порубленные еловые ветки, на которых и устроились до утра.
– Что-то не так, Эссу, – большеносый принюхивался, шумно вдыхая воздух. – горит что-то, подождем немного здесь.
Андрей набрал воздух в ноздри, но ничего не учуял.
– Мы теряем время, постараемся дойти до Холмов забвения к полудню, куда-то ведь подевались все звери, а зимой не может трава гореть.
Но далеко они не ушли. Вдали появилось странное снежное облако. Оба в недоумении остановились, неужели началась снежная буря, но откуда, на небе ни облачка, и ветра нет. Облако ускоряясь двинулось в их направлении. Чертовщина какая-то.
– Возвращаемся, Эссу, это большое стадо быков, их что-то напугало. Они нас затопчут – большие глаза Энку все-таки что-то углядели в снежной пыли. В этом он прав – на пути встревоженных быков даже Брр не рискнет встать, мигом затопчут. Со всех ног они помчались обратно в лес, где спрятались за гребнем косогора, пережидая опасность. Прошел час, не меньше, прежде чем стали видны детали происходящего. Это было гигантское стадо бизонов, которое, то останавливалось, то вновь ускоряло движение. Это понятно, галопом часами не побегаешь, а то всех телят растеряют. Стало слышно встревоженное мычание, которое повисло над равниной. Теперь и Андрей унюхал запах дыма, кажется, он понял, в чем дело.
– Это темнокожие, Энку, они гонят стадо к оврагу. Надо бежать отсюда.
Но было уже поздно, темные фигуры, не меньше десятка, перекрыли единственную оставшуюся дорогу, которая вела мимо обрыва. Кроманьонцы начали поджигать принесенные с собой ветки, создавая сплошную полосу огня. Никто не суетился, словно выполняли привычную работу, которая давно стало рутиной. Темнокожие, по всей видимости, поднялись тем же пологим подъемом, что и они, а ведь снега ночью не было…
