После потери зала Совета, и в последовавшей за этим блестящей контратаке штурмового корпуса, силы пиратов потеряли волю к сопротивлению. Единственная возможность избежать имперского правосудия была упущена. Пираты сдавались в плен пачками, очень быстро число пленных превысило численность десанта.
У здания Совета и с территории складов было собрано восемнадцать тысяч пленных пиратов. И в каком-то километре от монумента, совсем недалеко, воздвигнут уродливый концентрационный лагерь. Сейчас хмурые и разоружённые пираты, толпились гурьбой у решетчатых стен, хотя, скорее, это был загон для ожидания своей участи.
Интересно, сдавались ли бы они в плен так охотно, если бы знали, что их судьбу будут решать вуки. Но всё это будет потом, после праздника, на который меня настойчиво просили остаться. Празднование будет в мою честь… нет, пусть праздник останется этому чёрному каменному лорду.
Статуе, символу, что никак не причастен к случившемуся. Пусть вуки подымают свои кружки, пьяно кричат моё новое имя — я не желаю этого видеть. Пусть клоны, тут, на планете, искупаются в лучах заслуженной славы. Они, как никто, заслужили этот праздник, оплатив его сполна тремя сотнями своих жизней.
Крышу заделали свежими светлыми пластобетонными заплатами, те места, где штурмовики пробили крышу, пользуясь плазменными подрывными зарядами. Осталась только одна дыра… доступ к ней закрыт красными ограждающими лентами. Кривая пробоина в полуметровой плите. Место, где я пробил крышу.
В месте попадания ракеты края каверны оплавлены. Можно было бы подумать, что ракета ослабила материал. Но пластобетон — удивительно прочная штука. Анализ показал, что ракетное попадание нисколько не повлияло на прочность плиты. Внутри метровая дыра ощетинилась оплавленной дюросталевой арматурой.
Сюда вуки намерены водить экскурсии. Показывая всем желающим место, где один непутёвый лорд, пробил собственным весом плиту, способную выдержать турболазерный выстрел малой мощности. Кажется, эти лохматые готовы любую мелочь сделать достопримечательностью.
Неуклюже ковыляю к выходу с крыши. Колено слушается плохо, дождь усиливается, барабаня по шлему. Тихо жужжит летающая дроид-камера. У входа меня ждёт ТК313 с тростью. Этот архаизм собрали для меня клоны из инженерного корпуса. Слава Силе, что в обычном костыле нет ничего сложного, ни в одном из миров. Но во время съёмки на голокамеру, бравый Имперский лорд, прощающийся у монумента с боевыми товарищами, должен выглядеть стойко.
— Превосходно! Замечательно! — тихо тараторит себе под нос Тирилала, разглядывая в датапланшете получаемую картинку. Над её головой возведён тент, из двух натянутых жердей и силового поля между ними. Там, где у нас обошлись бы простой плёнкой, в этом мире предпочитают пользоваться высокотехнологичными генераторами поля.
Похоже, журналисты во всех мирах одинаковы. Она спустилась на планету в кабине истребителя, стоило затихнуть последним выстрелам. Увидев мой помятый вид, покореженный и оплавленный доспех, остатки плаща, журналистка впала в экзистенциональный экстаз, возжелав снять несколько показушных сцен.
— Мы закончили? — спросил я у Тирилалы, принимая у ТК313 трость.
Усталость, осталась только усталость. Хочется поскорее оказаться на корабле, снять опостылевший и повреждённый доспех и просто забыться во сне. Мысли и чувства атрофировались, внутри будто звенящая пустота.
— Да, вполне! Экспозицию я могу отснять и без вас… понимаю, вы устали — голос Тирилалы звучит предвкушающее. Не забыть бы просмотреть весь отснятый ею материал. Нет, это можно поручить адъютанту.
Опираясь на трость, хромаю вниз. Колено едва сгибается, механизм повреждён и деформирован высокой температурой. Можно было бы заменить повреждённый сустав в полевых условиях, но в этом нет необходимости.
— Асока… — вызываю по прямой связи свою ученицу.
— Да, Мастер? — излишне бодрый, на мой взгляд, голос.
— Вылетай, буду ждать тебя у посадочной площадки, — оповещаю я её, что все мои дела на планете закончены. Сейчас она стартует от разоренных складов, и вскоре прибудет на тяжёлом штурмовом TIE-файтере. Через пятнадцать минут буду! — на том конце послышались звуки возни и чертыханья.
На данный момент это один из немногих способов покинуть планету Кашиик, все работоспособные ЛААТы и лямбда-шаттлы заняты, доставляя экипаж корабля на праздник. Незачем отрывать пилотов от запланированного распорядка полётов. Сегодня их ждёт много работы, после чего отдых. Люди должны отдыхать, а какой может быть лучший повод для праздника, чем победа?!
На борту останутся только дежурные офицеры, и небольшая десантная партия, из наиболее проштрафившихся клонов, в качестве охраны пиратов, находящихся на корабле. Для моего плана, это лучший момент.
