Шумный всхлип Сансы, слился со скрипом открываемой двери. А уже через миг, в свете факелов, она увидела мужской силуэт, застывший в проходе. Но замерев на пороге лишь на доли секунды, он решительно шагнул вперёд. Приближаясь. Стремительно сокращая разделяющее их расстояние.
– Ты ведь не думала, что от меня можно спрятаться? – с насмешкой поинтересовался Рамси, а в его зелёных глазах, блеснуло веселье. – Я всегда найду тебя, милая жена. Тебе никогда не удастся сбежать.
И Санса знала, что он прав. Ей не победить. Она не воительница. Девушка едва ли хоть когда-то держала в руках что-то, опаснее иголки. Да и защитить её было больше некому. Арья пропала, Робб, отец и мать мертвы, а Рикон и Бран, были всего лишь детьми, которые и сами нуждались в защите. Старк осталась совсем одна. Раненая, напуганная, загнанная в ловушку волчица.
– Не трогай меня, – прохрипела девушка, при этом ещё сильнее вжимаясь в стену, стараясь не подпустить Рамси к себе слишком близко.
Но Болтон лишь покачал головой, при этом поджимая губы, и присаживаясь на корточки прямо напротив Сансы. Его ладонь взметнулась вверх, обманчиво нежно скользя по щеке девушки, но уже в следующий миг, грубо хватая её за волосы, заставляя приблизить своё лицо к его.
От парня пахло элем и чем-то ещё. Старк не была уверена, но, кажется, так пахла кровь. Металлически, заставляюще задыхаться, и вызывая лишь рвотные позывы. На Болтоне всегда было слишком много чужой крови. Он был запачкан ею по локти. Монстр, которого никто не может остановить.
– Ты жива лишь потому, что ещё должна родить мне наследников, – буквально прорычал Рамси, ещё сильнее сжимая в кулаке рыжие волосы девушки, тем самым причиняя ей боль. – Но как только это произойдёт, я вывешу твой освежёванный труп на ворота замка Винтерфелла. Как знак того, что последний Старк был убит новым Хранителем Севера.
Санса чувствовала, как её тело охватывает ещё большая дрожь, но вместе с ней, пришла и злость. Она не сдастся так просто. Не позволит Рамси победить. Она будет бороться до самого конца, даже если ей будет суждено проиграть. Ведь так поступают волки. Так поступают Старки.
– Гори в аду.
Но Болтон лишь рассмеялся, и его смех, слился с криком юной Леди, тело которой, в этот миг, пронзилось острой болью. Ведь лезвие кинжала парня, прошло ей прямо между ребёр, заставляя горячую кровь, хлынуть на каменный пол, растекаясь по нему багровой лужей.
Джон неспешно шёл по темным коридорам Замка, что освещались лишь уже угасающими факелами, когда услышал девичий крик. Он был короток, и оборвался так же резко, как и возник. Но осознание того, что крик исходил из комнаты его сестры – Сансы – заставило мужчину стремительно сорваться с места.
Сноу преодолел расстояние до покоев девушки в считанные секунды, при этом резко распахивая дверь, и крепко сжимая ладонь на рукояти Длинного Когтя.
Судорожный взгляд карих, а в ночной тьме и вовсе чёрных глаз, пробежался по комнате, замечая лишь хрупкий силуэт сестры на постели. И больше никого. Комната была абсолютно пуста. Ведь даже Призрак, в эту ночь, не охранял покой юной Леди.
Джон несколько облегченно выдохнул, убирая руку от меча, и неуверенно переступая с ноги на ногу. Наверное, ему следовало уйти. Сансе наверняка лишь приснился кошмар, и ей вряд ли понравится, что брат так бесцеремонно ворвался в её покои. Но, в тоже время, мужчина не находил в себе сил сейчас сдвинуться с места. Ведь смотря в этот миг на Сансу, видя как её кожа покрылась испариной, а губы сжались в прямую линию, Джон понимал, что кошмар так и не покинул девушку. Она все ещё чувствовала страх и боль своего сновидения. И замешкавшись лишь ещё на секунду, Сноу неуверенно шагнул вперёд, прикрывая тяжелую дверь за своей спиной.
Покои Леди Винтерфелла, освещало лишь пламя камина, но даже его было достаточно для того, чтобы видеть, как бледна Санса, и с какой силой её тонкие пальчики, сжали в ладони шкуру волка.
Старк едва слышно застонала, а её губы слегка приоткрылись, и с них болезненным шелестом сорвалось лишь одно единственное слово. Имя. Рамси.
Джон поморщился, словно в этот миг, он услышал то, чего никогда не желал бы слышать. Ведь он знал, какие страдания причиняют его сестре, страшные воспоминания о Болтонском ублюдке. О том, кто причинил ей слишком много боли. Кому практически удалось её сломить.
Молодые люди никогда не разговаривали о том, что происходило в этих стенах, когда тут правили Болтоны. Джон не решался задавать об этом вопросы, а Санса едва ли хотела вспоминать те страшные дни. А если бы даже и решилась, то уж явно не стала бы вести откровенные беседы с бастардом. Да, теперь девушка доверяла брату, но всё же ещё не на столько, чтобы рассказывать ему о самом сокровенном.
