Там поразить врага не преступленье;Верна там дружба, но вернее мщенье;Там за добро — добро, и кровь — за кровь,И ненависть безмерна, как любовь…Темны преданья их. Старик-чеченец,Хребтов Казбека бедный уроженец,Когда меня чрез горы провожал,Про старину мне повесть рассказал…

Берс читал и читал. И слушал его не один только Алибек, но и все. Маккал же, закрыв глаза, покачивался в такт стихов. Вот на горцев напал враг, и жители уходят из родных мест:

Но что могло заставить ихПокинуть прах отцов своихИ добровольное изгнаньеИскать среди пустынь чужих?Гнев Магомета? Прорицанье?О нет! Примчалась как-то весть,Что к ним подходит враг опасный,Неумолимый и ужасный,Что все громам его подвластно,Что сил его нельзя и счесть…

И горцы покидают могилы предков, уходят на чужбину:

Но вольность, вольность для герояМилей отчизны и покоя.В насмешку русским и в укорОставим мы утесы гор.Пусть на тебя, Бешту суровый,Попробуют надеть оковы…

Какой ум, такой талант! О, как непохожи эти байты[63] на печальные чеченские назмы[64].

— Кто написал эти прекрасные байты? — не вытерпел Алибек.

— Их написал один молодой русский офицер. Он глубоко сочувствовал горцам, осуждал царя за войну против них.

Аул, где детство он провел,Мечети, кровли мирных сел —Все уничтожил русский воин…Горят аулы, нет у них защиты,Врагом сыны отечества разбиты,И зарево, как вечный метеор,Играя в облаках, пугает взор.Как хищный зверь, в смиренную обительВрывается штыками победитель,Он убивает старцев и детей,Невинных дев и юных матерейЛаскает он кровавою рукою.Но жены гор не с женскою душою!За поцелуем вслед звучит кинжал.

В смелых глазах Алибека заблестели совсем детские слезы. Он бы ни за что не показал их людям, но сейчас забыл о присутствующих. Перед глазами мелькали битвы, сожженные аулы, мертвые женщины, старики.

Раз — это было под Гихами —Мы проходили темный лес,Огнем дыша, пылал над намиЛазурно-яркий свод небес…

Опять Алибеку слышались грохот пушек, треск ружей, звон булата… А среди них тот же голос:

Я думал: "Жалкий человек.Чего он хочет! — небо ясно,Под небом места много всем,Но беспрестанно и напрасноОдин враждует он — зачем?"

Берс умолк. И все молчали. Затем Алибек внезапно нарушил суровую тишину, вслух повторил последний бейт и спросил:

— Действительно, почему люди враждуют между собой? Почему не все думают так, как этот славный русский офицер? Где он, этот герой?

Берс печально улыбнулся.

— Нет его, Алибек. Такие люди недолго живут.

— Умер?

— Нет. Его убили.

— Кто? За что?

— Он пал на земле Кавказа, которую любил как сын и как сын воспевал. Убили же его за то, что он любил свободу, любил людей, клеймил царя и его палачей. Да не только он один пал жертвой царя…

* * *

— Я вам, ребята, рассказывал, как мужики восставали против царя. Это понятно, мужики бедны и бесправны. Но против гнета и произвола богатых восстают и сами богатые. Таких мало, но они всегда были и есть. Да, они богатые, да, для них открыты двери к счастью, но они видят и несчастья своего народа. Они переходят на его сторону. Это настоящие сыны страны.

— Берс рассказал о таких. Начал с какого-то Радищева, который был приближенным царя, но тоже писал жайны. И в своих жайнах не восхвалял царя и его власть, наоборот, писал о бедствиях народа, о его тяжелой жизни, о бесправии и клеймил царя и помещиков. Царь его сослал в далекую холодную Сибирь. Выдержал Радищев, отбыл срок и вернулся. Тогда царь устроил на него гонения. И Радищев покончил свою жизнь самоубийством…

Перейти на страницу:

Поиск

Все книги серии Долгие ночи

Нет соединения с сервером, попробуйте зайти чуть позже