ДОЛГИЕ ПРОВОДЫ полностью

Как сообщает св. Симеон Солунский, в его время тела умерших архиереев и иереев омывали губками крестовидно во образ Святого Крещения, затем надевали на них архиерейское или иерейское облачение, новую обувь. Монахов облачали в монашеские одежды с зашитой сверху мантией, которая являлась для них как бы гробом. На теле монаха полагали крест, подчеркивая таким образом, что усопший распят на кресте за Христа.

Венчик символизирует собой венец, которым украшается умерший христианин как борец, с честью оставивший поле подвига, как воин, одержавший победу. На венчике находится изображение Господа нашего Иисуса Христа, Пречистой Богородицы и Иоанна Предтечи со словами Трисвятого. Этим показывается, что окончивший свое земное течение надеется получить венец по милосердию Триединого Бога и ходатайству Божией Матери и Предтечи Господня Иоанна.

Сложенные крестообразно на груди руки символизируют Животворящий Крест Господень. Это скрещенье рук почившего сродни скрещенью рук подходящих к Причастию. В Таинстве Причащения мы соединяемся с Распятым. Смерть — тоже своего рода таинство, таинство встречи с Распятым. И естественно почившему держать руки так же, как перед Причастием, то есть правая — на левой.

Есть свидетельства, что святые, чья кончина была тихой, мирной и спокойной, складывали руки подобающим образом сами. Так, святая Макрина перед смертью сама закрыла глаза, сомкнула уста и благоговейно скрестила на груди руки, а тело ее само, естественным образом приняло должное положение, так что не требовалось более ничьей помощи. То же известно и об исходе преподобного Николая Исповедника, игумена знаменитого Студийского монастыря, и преподобной Мелании († 439), а также святой императрицы Феодоры († 867), восстановившей почитание святых икон. Когда спустя годы были обретены мощи последней, руки ее так и оставались скрещенными.

За обряжением и последними заботами о теле умершего следует так называемое поставление. В скрещенные на груди руки покойного вкладывается икона или, если это священник, Евангелие. Возможно и иное: икона полагается на специальный наклонный столик (аналой) возле гроба.

Святитель Симеон Солунский поясняет, что тем самым мы свидетельствуем веру умершего во Христа и в то, что он отдал душу Жизнодавцу Христу. Если ушедший — монах, ему в руки влагают образ Того, Кого он возлюбил, то есть нашего Господа. Если же он иерей или архиерей, то ему в руки влагается Евангелие, которое читается во время отхода клирика и даже после его упокоения, если позволяет время. Этим мы хотим показать, что ушедший жил «по-евангельски». Святое Евангелие читается еще и для искупления и очищения умершего Божественным словом. Монахам вместо Евангелия читается Псалтирь.

По завершении церемонии прощания с покойным икона изымается из гроба и затем либо уносится близкими из храма, либо ставится к Распятию и остается там до сороковин.

Святитель Симеон Солунский учит, что возжигание лампад и свечей символизирует «непрестанный Божественный свет…». Зажженные свечи символизируют также путь нашего преставившегося собрата из тьмы земной жизни к истинному свету вечности.

Из наследия святых отцов и жизнеописаний святых нам известно, что во время выноса тела и препровождения его к могиле народ держал в руках зажженные свечи. В процессии, следовавшей за гробом св. Макрины, каждый шел с зажженной восковой свечой. Св. Симеон Метафраст в Житии святой Евсевии († 457) говорит, что верующие, «неся гроб покойной среди множества свечей и благоухания, шествовали через город».

«Около гроба, как бы около некоторой святыни, — пишет греческий богослов Н. Василиадис, — поставляются крестовидно подсвечники с возжженными светильниками. Все молящиеся имеют в руках горящие свечи, как в великие праздники. Как при больших торжествах, совершается обильное воскурение фимиама, причем всякое каждение начинается и оканчивается каждением тела мертвого, честь, которая обычно воздается иконе праздника, чествуемой святыне и предстоятелю церковного собрания».