В дурацком толстом журнале в самолете Виктории как раз попалась статья о скоротечных курортных романах. Выводы, которые она из этой статьи сделала, были: во-первых, не принимать ничего всерьез и не строить планов на будущее, во-вторых, если хочется с кем-нибудь познакомиться, не стесняться и заговорить первой. На отдыхе не должно быть понятий удобно – неудобно, прилично – неприлично. Просто нет времени для разбега. Пока будешь думать, либо отдых закончится, либо тебя кто-то опередит. Да и, собственно, почему нет?
Национальной принадлежности мужчины Вика определить не могла. Не русский, это все, что было понятно. С официантами общается по-английски. А почему все-таки сразу «не русский»? Наверное, даже не по одежде. А по взгляду – спокойному, уверенному и в себе, и в жизни, которую он ведет, и в завтрашнем дне. Еще по походке, по манере садиться на высокий барный табурет. Словами не объяснить, но иностранцы чувствуют себя не то что хозяевами жизни, но постоянными ее завсегдатаями. Им эта роскошная жизнь привычна, она их не удивляет. И они ею пользуются, принимая все как должное.
– Простите, не помешаю вашему одиночеству? – набралась храбрости и спросила Виктория.
Мужчина широко улыбнулся. Вот-вот, главное все-таки улыбка. Открытая, с идеальными белыми зубами. Да! Открытый взгляд и улыбка. Ну конечно, иностранец!
– Это я вам боялся помешать и давно хотел с вами познакомиться. Вы не против? Вернер Херст.
– Очень приятно, господин Херст. Меня зовут Виктория. Можно просто Вика. Так, наверное, проще.
– Ну а я просто Вернер. Так тоже проще. Вы ведь русская? Откуда вы приехали? Надолго ли здесь?
– Всего на десять дней, и вот не заметила, как четыре дня уже позади. А я действительно русская, приехала из Москвы. – Вика заметила, что первый раз за длительное время сказала, что она просто из Москвы, и при этом не добавила ни слова про Баку. Ей в первый раз не захотелось будить воспоминания. Хотелось продлить ту легкость, которая образовалась в отношениях между ними с первых же фраз. – А вы откуда?
– Я живу неподалеку от Франкфурта.
– Вы немец, а почему мы тогда разговариваем по-английски?
– А вы, значит, к внешним достоинствам еще и по-немецки говорите?
– Ну да, я профессиональная переводчица по образованию. Английский у меня второй язык, а немецкий – первый.
– Да мы просто нашли друг друга! Давайте выпьем по бокалу шампанского за знакомство и прогуляемся к морю. Вы ведь каждый день вечерами гуляете?
– А вы, стало быть, за мной наблюдаете?
– Не просто наблюдаю, но и сопровождаю издали. Все-таки страна не очень спокойная. Отель хоть и дорогой, и вроде все здесь очень достойно, но мало ли. Вы девушка уж очень броская.
– И тем не менее вы ко мне ни разу не подошли.
– А вам было одной очень хорошо.
– А вот и неправда! Я уже пару дней как заскучала, и мне очень захотелось все это обсудить. Вот эту страну, этот отель…
– Тогда есть предложение. С завтрашнего дня будем сначала все вместе смотреть, а потом обсуждать. Я здесь уже вторую неделю, и у меня о Кении сложилось свое впечатление. Да, собственно, я давно сюда приехать собирался. Но жары боялся и хотелось чего-то более цивильного. Знаете, как-то давно мне попалась книга Барбары Вуд о Кении. Не читали, случайно? Она называется «Красное солнце черной земли».
– Нет, даже о писательнице такой не слышала. Может, она на русский язык не переведена?
– Может, но книга эта меня очень зацепила. Там о том, как приезжали в Кению первые колонизаторы. Они не знали почему-то, что едут в саванну, в абсолютно отсталую страну, и везли с собой столовое серебро, фарфоровые сервизы, кровати из натурального дуба. А здесь все это надо было ставить в палатки, совершенно не приспособленные не то что к роскошной, но и просто к нормальной жизни. В этой книге много чего. И английские женщины с их шикарными нарядами, драгоценностями и здесь поломанными судьбами, и отношения между англичанами и туземцами. Англичане их сначала презирали, но потом поняли, что прожить-то они без них не смогут. А была другая категория приезжих, которые, наоборот, кинулись лечить коренное население, учить их детей грамоте, склонять туземцев к своей религии. Естественно, и смешанные браки появились. Люди-то живые, и влюблялись, и семьи разбивались. Всего не перескажешь. Но книга очень любопытная. Я вам обязательно ее перешлю на немецком языке. Она у нас очень популярна. Но что интересно, следы тех колонизаторов я нашел здесь, и вся эта эклектика в колорите страны, это все оттуда. И машину я напрокат взял. Ну что, подходит? Покажу я вам свою Кению?
