– Вот в этой версии я почти уверен, – сказал Дин. – Мы поймали всех Пожирателей смерти, всех кого надо посадили, а самых жестоких приговорили к поцелую дементора. Их родственники были злы на тебя, Рона и Гермиону, я уверен, врагов у вас прибавилось. До тебя трудно добраться, ты ведь, как закончил Хогвартс стал аврором, и тогда все уже поняли, что ты спокойно можешь пустить вход любые заклинания. К Рону так же опасно приближаться, помнишь, пару раз на него пытались напасть, чем это закончилось для обиженных родственников?
– Попаданием в больницу, с сильными травмами, – вспомнил я.
– А вот Гермиону, вроде никто не трогал, но все знали, где она работает, – напомнил Томас. – Миона выбором отдела, как бы дала понять, что от войны она устала, и теперь хочет спокойно жить. А уж её роман с Малфоем, вызвал такую бурю эмоций у некоторых людей, а многие не верили, что они встречаются, считали, что это просто слухи.
– Тот кто похитил Гермиону, точно знал, что она встречается с Хорьком, – уверено произнёс я. – А это значит, что за нашей подругой следили. Ты прав, ко мне и Рону подходить просто испугались, да и Миону убивать не хотели, её просто выгнали в мир маглов, и сделали так, что бы она забыла, что волшебный мир вообще существует.
– Точно, вот об этом я не подумал, – пораженным тоном произнёс Дин. – Нет ничего удивительного, что у нас до сих пор есть волшебники, которые плохо относятся к маглорожденным. Убивать Гермиону не стали, может испугались брать на душу такой грех. Всё-таки убийство – это очень серьёзно, тем более, ты бы такое не простил.
– Да, я бы сам убил того, кто это сделал, и мне бы ничего не было, – уверено заявил я. – И так, что мы имеем: какой-то родственник, а может даже и не один, решил, что он должен отомстить Гермионе. Может он мстил за своего отца, мать, может даже мужа, или ещё кого-то и стал придумывать, как это сделать. План я думаю вынашивался не один месяц, преступнику надо было всё время следить за Гермионой, чтобы знать, с кем она общается и что делает. Похититель дождался своего часа, для него всё очень удачно получилось, Миона ссориться с Малфоем, сильно переживает из-за этого, а потом уезжает оставляя прощальные письма. Всё выглядит правдоподобно, у нас и вопросов не возникло, что Гермиону могли заставить уехать.
– Вот видишь, такой план, Гринграсс просто не придумала бы, – уверено произнёс Томас. – Не в обиду ей будет сказано, но у модели, на такое мозгов не хватило бы.
– Да, ты прав, – согласился я. – Кстати и сама Астория говорила, что у неё не такое богатое воображение, чтобы придумать такой план.
– Хорошо, когда люди знают о себе правду, – сказал Дин. – Хотя жаль, конечно, что она не виновата, если бы это было так, дело можно было считать закрытым. А теперь нам придётся составлять длинный список родственников Пожирателей смерти, которые могли хотеть отомстить Гермионе. Ты не будешь против, если я помогу тебе, я тоже хочу заниматься этим делом?
– Нет, конечно, – ответил я. – Пока мы не получили отчёт из “отдела тайн”, может начать писать список. А ещё мне надо позвонить Рону, узнать, как они сходили в больницу.
Время было уже два часа, я надеялся, что к этому времени в больнице мои друзья, уже уладили все дела. Я набрал телефон друга, и от него узнал все новости и рассказал о Гринграсс.
– Что тебе сказал Рон? – Спросил Томас, когда я убрал телефон в карман.
– Гермионе дали зелье, она во сне будет вспоминать своё прошлое, – довольным тоном ответил я.
– Это здорово, – просиял Дин. – У нас очень хорошие целители.
– Есть и плохая новость, – сказал я. – Похититель пытался внушить Гермионе личность Саманты Кейн, но у него не получилось с первого раза, он что-то напутал, и второй раз стёр память нашей подруге. Поэтому Миона не вспомнит полностью последние два-три месяца своей жизни, только если сам похититель не вернёт ей память.
– Гермиона ведь не за один день собирается вспоминать свою жизнь, пройдёт, наверное, месяц, а может и больше, – прикинул Томас. – Пока дойдёт до последних воспоминаний, к тому времени, я надеюсь, мы уже поймаем преступника.
– Я тоже, – кивнул я. – Ладно, займёмся списком предполагаемых похитителей.
Списком мы занимались не так долго, как я хотел, меня вызвал к себе министр. Кингсли волновало дело о проклятых предметах, я рассказал, что узнал, а потом поведал о допросе Гринграсс. Министр так же, как и я был расстроен, что преступница не Астория. Я понял, что Кингсли очень не хотелось, чтобы мы опять трогали родственников Пожирателей смерти, но выбора у нас не было. После этого разговора я поел, а потом вернулся в свой кабинет, и продолжил работу над списком, Дин как и хотел, помогал мне.
