Рабочая неделя пролетела, как один день. Миссис Синклер пока была жива, но она не приходила в себя. Владельцы магазинов так испугались, что их могут убить, что двое из четырех, временно закрыли свои лавки, а ещё два наняли охрану, каких-то магов из Лютного переулка. В лаборатории подтвердили, что мистера Синклера убили Авадой, он толком и защититься не успел, его быстро обезоружили. Само преступление было понятно, но вот мотивы преступника… я всё думал об этом, но так ни к чему и не пришёл. Зачем надо проклинать драгоценности, которые носят женщины? Какой в этом смысл или выгода? До убийства мистера Синклера, я склонялся к версии, что это сделал сумасшедший, который за что-то мстит женщинам, но теперь, я так уже не думаю. Напрашивалась версия мести мистеру Синклеру, я не верил в это, но и это тоже надо было проверить. Все версии надо было отрабатывать, верим мы в них или нет. Я поручил это дело Дину, а сам решил заняться допросом родственников бывших Пожирателей смерти, но и это не приносило ни каких результатов.
Дома я почти не бывал. Джинни сразу в понедельник получила работу, и стала готовиться комментировать матчи. Так уж получилось, что время с детьми стала проводить Гермиона. Наша подруга всё больше погружалась в свои воспоминания, вот только она нам стала мало, что рассказывать, я понял, что она вспомнила как мы отучились последний год в Хогвартсе, а потом устроились на работу. Отношение Мионы к Малфою тоже изменилось, мне было интересно, когда Гермиона сама позовёт его, чтобы поговорить? Пока этого не происходило.
Подруга получила письмо от директора МакГонагалл, она была очень рада, что её любимая ученица вернулась в Британию. Минерва очень хотела встретиться с Мионой, и посмотреть на её дочку. Гермиона пока не собирались всем объявлять, что она вернулась в волшебный мир. Я понимал, что она боится показаться всем, я был уверен, что со временем это пройдёт.
Много времени думать об этом, у меня не было, надо было заниматься расследованиями. В пятницу допросы родственников Пожирателей смерти затянулись. Я отправлял письмо в семьи, кто быстро приходил, и спокойно отвечал на вопросы, почти сразу отпадали из списка подозреваемых. Оказалось, что многие родственники бывших Псов, вообще перестали поддерживать отношения с родителями, которые вышли из Азкабана, или ещё были там. А у многих чистокровных магов сейчас мужья или жёны маглорожденные. Понятно, что из этих магов, никто не стал бы стирать память Гермионе. В конце допросов, многие маги, которые были меня старше лет на десять, а некоторые и больше, говорили мне спасибо за победу над Волан-де-Мортом. Они говорили, что благодаря мне и моим друзьям, смогли устроить своё семейное счастье, женщины при этом, доставали фотографии детей, и показывали их.
После последнего допроса, когда я как раз рассматривал фотографии детей, одной чистокровной волшебницы, я в который раз убедился, что мы всё сделали правильно. Все те жертвы были не напрасны, теперь в нашей стране, маги спокойно живут, и заводят семьи с кем хотят, а не с кем велят. С этими приятными мыслями я покинул свой кабинет и отправился домой через камин. Когда я вышел в зал, меня там ждал сюрприз.
Драко.
Наступили выходные, но мне они были не в радость, из головы не выходил разговора с Поттером и Уизли. Два героя, мои родители, все как один говорили мне одно слово – “жди”. Как же я устал от этого, мне хотелось снова увидеть свою дочь, у меня было такое чувство, будто я нашёл Гёрмиону и Кетрин, а потом снова их потерял. Все выходные я пытался работать, но у меня ничего не получалось. С Блейзом я не мог поговорить, он был занят, выяснял отношения со своей девушкой. Друзей с которыми я мог быть откровенен, у меня больше не было, поэтому я решил сидеть дома и пить, больше, мне ничего в голову не приходило.
В воскресенье днём ко мне пришла мама, она с осуждением посмотрела на бутылки огневиски, которые стояли в моей комнате. Я сидел в кресле и пытался читать книгу.
– Драко, зачем ты столько пьёшь? – Строго спросила Нарцисса.
– Это помогает мне отвлечься от мыслей о моей никчемной жизни, – спокойно ответил я, даже сам себя удивил, я ведь сегодня уже много выпил, но говорил нормально. – Я устал ждать, я хочу поговорить с Гермионой, объяснить ей всё, но вы все меня отговариваете.
