– Да, мне нравилось быть учительницей, – улыбнулась Гермиона. – Но вернувшись домой, я поняла, как мне не хватало моих друзей и моего привычного мира. Знаешь, последние две недели, я всё думала о том, что сделали со мной, и поняла, насколько ужасной была такая месть. Да, меня не убили, и я этому рада, но меня отправили в другую страну, заставили забыть саму себя, всех своих друзей, тебя, – выделила голосом Миона последнее слово. – Меня просто выкинули из волшебного мира. Вся моя жизнь в Уэст-Валли-Сити, была сплошным обманом, это вообще была не моя жизнь, а Саманты Кейн. Меня заставили поверить, что я – Саманта Кейн, школьная учительница. Я всегда буду благодарна Аманде за помощь мне, но даже если бы она была жива, я бы всё равно вернулась в Лондон, когда узнала, что я и Кетрин волшебницы.
Ты сам видел, как легко я бросила Чарли, когда он не принял меня из-за того, что я и моя дочь ведьмы. Чарли хотел, чтобы мы с Кетрин отказались от магии и жили, как обычные маглы. Даже тогда, не вспомнив тебя, Гарри, Рона, Джинни и остальных своих друзей, я почувствовала, что всё это не моё, у меня совсем другая жизнь. Здесь, конечно, помогли рассказы Гарри и Рона о нашем прошлом, я рада, что они поведали мне, как мы учились в Хогвартсе. Только после этих рассказов, я не правильно себя повела с тобой, мне нельзя было давать волю эмоциям, и обижаться на прошлое, так и не узнав, что на самом деле случилось между нами.
– Не буду тебе врать, мне было обидно видеть, как ты говоришь со мной и смотришь на меня, – сказал я. – Умом я понимал, почему ты так поступаешь, но вот сердце моё обливалось кровью. Когда ты перестала отвечать на мои письма, и запретила мне появляться в это доме, мне было очень плохо. Родители поддержали меня, они всё время говорили, что я должен дать тебе время, что ты вспомнишь меня другого, и сама позовёшь меня. Я ждал неделю, потом не выдержал, и написал письмо Поттеру, я встретился с ним и с Уизли у него в магазине, они тоже мне сказали, чтобы я набрался терпения. Неделю назад ты вспомнила, что было на шестом курсе, тогда я даже представлять боялся, что ты думаешь обо мне? Мне так хотелось прийти к тебе и объяснить, что я изменился, и даже тогда, я не был таким жестоким, как обо мне думали. Мне просто пришлось тогда подстраиваться под обстоятельства. Я так хотел тебе всё это рассказать, но мне говорили, чтобы я не лез к тебе пока. Если бы мама не нашла новые формулы духов, и я не занялся ими, я бы наверное с ума сошёл от неизвестности. Твоё письмо сегодня, стало для меня просто подарком небес. Я его потом ещё дважды перечитал, чтобы убедиться, что это не сон.
– Драко, мне так жаль, что тебе пришлось столько переживать, – сказала Гермиона. – Но ты правильно сделал, что дал мне время. Раз у нас пошёл такой откровенный разговор, то я не буду тебе врать и скажу прямо. Когда я стала вспоминать, свои первые годы учёбы в Хогвартсе, когда я видела, как ты обижаешь меня, Гарри и Рона, я просто возненавидела тебя. Я смотрела на Кетрин, вспомнила, как ты появился около моего дома, а потом сказал, что мы встречались и ты отец мой дочери, я просто не могла в это поверить, у меня не укладывалось это в голове. Тогда я снова стала думать, что ты заколдовал меня, тебе нужно было вернуть своё положение в обществе, и ты решил, что отношения с героиней войны, помогут этому.
– Я никогда бы так не поступил, – резко сказал я.
– Знаю, теперь знаю, – мягко произнесла Миона, и посмотрела мне в глаза. – Но когда я стала вспомнить годы учёбы, я видела тебя совсем другим.
– Ты видела меня глупым мальчишкой, который ничего не понимал в жизни, – с горечью произнёс я. – Я был жестоким и завистливым, я считал, что всё в этом мире можно получить за деньги, что у всего есть цена, надо просто заплатить её. Только когда началась настоящая война, я понял, каким я был дураком. Мне очень жаль, что я так вёл себя.
В комнате повисло молчание, мне в который раз стало стыдно за своё прошлое, а Гермиона похоже растерялась и не знала, что сказать.
– Драко, – нарушила тишину Миона, прошло наверное минут пять. – Я продолжу? – Спросила она, я кивнул. – В общем то, что случилось во время войны, я всё вспомнила в выходные, хорошо, что Гарри и Рон до этого многое поведали мне. Думаю мне было бы куда тяжелее справиться с этими воспоминаниями, если бы я уже что-то не знала, о том, как проходила война. Ещё одно тяжелое воспоминание было о моих родителях, когда я не смогла вернуть им память. Я всегда буду благодарна Рону за то, что он полетел со мной в Австралию, а потом поддержал меня, когда мы поняли, что я не верну своим родителям память.
