Клара заставила его улечься снова и подоткнула одеяло.
– Не уходите, – прошептал Шартран и закрыл глаза.
Она на секунду задержалась в дверях, прежде чем уйти.
Сообщение о результатах анализа вещества в тубусе пришло во второй половине дня.
Гамаш и Бовуар читали его с возрастающим недоумением.
Оказалось, что это не героин. И не кокаин.
– Как такое может быть? – спросил Бовуар, нахмурив брови. – Я правильно читаю?
Гамаш два или три раза просмотрел отчет. В первый раз быстро пробежал глазами знакомую форму вплоть до существенной части. И тут остановился, словно ударившись о стену.
Потом вернулся к началу и перечитал внимательнее. Но заключение не изменилось.
Порошок в контейнере не являлся фармацевтическим средством. Это было естественное вещество. Однако не самое приятное из них.
Асбест.
Бовуар и Гамаш оторвали глаза от экрана и посмотрели друг на друга.
– Что это значит? – спросил Жан Ги.
Гамаш поднялся на ноги:
– Посмотри, что удастся найти про асбест.
– Хорошо.
Бовуар умел находить фактический материал. Обнаруживал, анализировал, правильно применял. Не автоматически, а как опытный и вдумчивый исследователь.
Гамаш оставил Бовуара за ноутбуком в кают-компании, а сам отправился в корабельный узел связи, где ему распечатали копии отчета. Затем он вышел на палубу и нашел Клару и Мирну – они разговаривали, сидя на скамье.
– Не помешаю? – спросил он.
– Нет, но вот вы выглядите слегка помешанным, – сказала Мирна и похлопала по месту рядом с собой.
Гамаш сел и поведал им о последних открытиях.
– Асбест? – переспросила Клара. – Наверное, естественный? Ведь асбест, кажется, добывают где-то в Квебеке?
– Oui. Даже есть город под названием Асбест, – подтвердил Гамаш. – Вырос вокруг асбестодобывающих шахт. Но он далеко отсюда. Асбест обнаружили в почтовых тубусах вроде того, в котором были присланы картины Питера.
– Как он туда попал? – удивилась Клара.
– Да и где теперь можно найти асбест? – спросила Мирна. – Я думала, его убрали отовсюду и уничтожили много лет назад.
– Верно, – подтвердил Гамаш. – Асбест удалили из колледжа искусств на следующий год после вашего выпуска, Клара.
– Да, я, кажется, слышала об этом, – сказала она.
– Это происходило повсюду, – уточнила Мирна. – Я работала в больнице, и там в стенах нашли асбест. Он использовался для изоляции. Никто, конечно, не считал его опасным. В то время. А когда узнали о его канцерогенных свойствах, то стали отовсюду удалять. Столько хлопот.
– Да, хлопот немало, – кивнул Гамаш.
– Но как он оказался закопанным на поляне в Шарлевуа? – спросила Клара.
– Да еще в почтовом тубусе, – добавила Мирна.
Они втроем наблюдали за изгибами береговой линии и за чайками, парящими в воздушных потоках и ныряющими вниз. Движения птиц становились все более сумбурными, потому что воздушные потоки обретали все большую беспорядочность. Казалось, чайки и сами удивлены – они издавали недовольные крики, когда ветер швырял их туда-сюда.
Гамаш какое-то время следил за ними, потом посмотрел на небо. Оно было мрачным, серым. Не ярким, но зато и не угрожающим.
– Excuse-moi, – сказал он.
Войдя внутрь, он позвонил в колледж. Ректор подтвердил, что работы проводились еще в восьмидесятые годы в соответствии с канадскими законами и стандартами.
– Кто-нибудь мог забрать часть асбеста? – спросил Гамаш.
Последовала пауза.
– Это было еще до меня, так что точно не могу вам сказать, однако я уверен: они не стали бы оставлять без присмотра асбестовые кучи. Но даже если бы оставили, для чего кому-то могло понадобиться такое опасное вещество?
Гамаш, бывший глава отдела по расследованию убийств, знал ответ на этот вопрос.
Для убийства. Вот для чего кому-то мог понадобиться асбест.
В окне он видел, как чайки борются с ветром, иногда они даже уносились назад, словно отброшенные чьей-то сильной рукой.
Гамаш знал: это только начало грядущего шторма. Первые его симптомы. Главное ждало их впереди.
– Нашел что-нибудь? – спросил Гамаш, вернувшись в кают-компанию.
Бовуар рассеянно кивнул, занятый чтением.
Гамаш сел рядом с ним за стол.
На экране разворачивалась история квебекского города Асбеста – места, где обнаружили и добывали асбест. Это казалось настоящей находкой для той суровой и бедной местности. Природный асбест в огромных количествах. Он обладал изолирующими и огнеупорными свойствами. Асбест должен был спасти регион и человеческие жизни.
Не асбест, а настоящий волшебник.
Никто не обратил внимания на игольчатые волокна. Те, что плавали в воздухе, стоило потревожить изделие из асбеста. Те, что поселялись в легких людей, которые работали, или играли, или жили рядом с асбестом.
Бовуар прокрутил страницу. Они прочли такие слова, как «мезотелиома», звучащее как название геологической эпохи. И «рассыпчатый», напоминающее поварской термин. Однако не являющееся таковым.
Они многое узнали о минерале, от которого ждали чуда. Но чуда не случилось.
Асбест оказался талидомидом[101] строительных материалов. Спасителем, который убивал.
