Долгий путь к полиции полностью

О ПОЛИЦИИ

10 НОЯБРЯ 2011 ГОДА.

Время спрессовано в краткий отчет.

Вывод: десятками лет

Шел по неверной дороге народ,

Это – лишь эксперимент,

Эксперимент от бредовых идей:

Мир сокрушить, и тогда

Всех на Земле осчастливит людей

Красное знамя труда.

Царских жандармов убрали, как класс,

С храмов содрали кресты,

И в ноябре был подписан Указ,

Так появились менты.

Разными нитками шились дела.

Было. Но знало ворьё:

Наша милиция нас берегла,

Как не ругали ее.

Слово обидное?! Что вы, ничуть!

Я не жалею о том,

Что прошагал так свой жизненный путь,

Что назывался ментом!

Снова ноябрь. И мне грустно слегка:

Больше милиции нет.

НКВД, КГБ, ВЧК –

Кончился эксперимент!

Вам, полицейским сегодняшних дней,

Наш милицейский наказ:

Жизнь не жалейте на благо людей,

Знамя примите от нас!

ДЯДЯ СТЁПА.

Наверное, из лучших побуждений,

Поэт известный как-то сочинил

Забытое теперь стихотворенье,

Как добрый дядя в МВД служил.

Он в рамках стихотворного размера

Герою имя выдумал: Степан,

Когда не знали милиционеры,

Что кроме долга существует план.

Он, если приукрасил, то – не слишком,

Поскольку жил в такие времена,

Когда тянулись к светлому мальчишки,

И уважала «органы» шпана.

Но время шло, оплот социализма

Прогрыз до дыр безжалостный червяк

Невиданного прежде формализма,

С которым мы не справимся никак.

Как вышло, что промчались мы галопом,

Не выставив заслоны и посты

На тот рубеж, где наши дяди Стёпы

Еще не звались прозвищем: «менты»?!

ВНУКУ ДЯДИ СТЁПЫ.

Баста! О политике – ни строчки!

Слышите: по мостику «тук-тук»?

Это сделал первые шажочки

Дяди Степы неуклюжий внук.

Мостик шаткий, ветер дует в попу,

Кто ж тебя послал туда, пацан?!

За спиной остался дед твой Стёпа,

Впереди – сплошной густой туман.

Ну, давай, малец, ставь ногу твёрже,

Чтоб гордился дедушка тобой!

Сори, плиз, ошибся я, похоже –

Не малец теперь уже, а «бой»!

Пусть же приведут тебя к победам

Первые неловкие шаги!

И последний мостик связи с дедом

За собой случайно не сожги!

СТАРШИНА ПЕТРОВ.

Со старого фотоснимка

Из лучших моих годов,

Прищурив глаза, с улыбкой

Глядит старшина Петров.

Я помню, вчера как будто,

Был с выкладкой марш-бросок,

Я думал: помру в то утро,

Лицом упаду в песок.

–А ну-ка, вперед, мужчина!

Здесь нытикам – грош цена! -

Подталкивал локтем в спину

Безжалостный старшина.-

–Пусть выйдет соленым потом

Вкус маминых пирожков!

Такая у нас работа! -

– Шутил старшина Петров.

От крови отмыв портянки,

Я жил лишь одной мечтой:

Когда-нибудь на гражданке

Расправлюсь со старшиной.

Я доли хлебнул солдатской,

И вот через пару лет

Вернулся к делам гражданским:

Бардак и работы нет.

Менялись в стране законы,

А надо же как-то жить!

Я снова одел погоны,

В полиции стал служить.

Здесь тоже бывало жарко,

И вспомнить пришлось добром

Полученную закалку,

Что дал старшина Петров.

К ДНЮ ОБРАЗОВАНИЯ ПОЛИЦИИ.

Этот праздник для гражданских значит мало,

Лишний повод опрокинуть рюмку в рот,

А для нас он, безусловно, самый главный

(Новый год и день рождения – не в счет)!

Мы сегодня вспомним наших ветеранов,

Что в милиции прошли немалый путь,

Для того, чтоб людям жить спокойней стало,

Чтобы нам служилось легче хоть чуть-чуть.

В этот день, конечно, вспомним наших близких,

Что волнуются за нас и дома ждут,

Получая СМСки как записки:

"Буду поздно, я задерживаюсь тут".

И пусть этот день в календаре не красный,

Мы надеемся: сознательный народ

Добрым словом вспомнит тех, кто ежечасно

Беспощадный бой с преступностью ведет!

ПРО СТРЕЛЬЦОВ.

В неком царстве тридевятом,

О котором речь пойдет,

Проживает простоватый,

Жизнерадостный народ.

Там живется небогато,

Там не копят денег зря,

Потому, что верят свято

В мудрость батюшки-царя.

Но какой бы царь не правил

В этой сказочной стране,

Хитроумные бояре

Греют руки на казне,

Чтоб все лето жить у моря,

Дергать девок за косу,

А народ себя прокормит

Разной ягодой в лесу.

…Вот пришел к царю однажды,

А вернее – прибежал

С нехорошей вестью важной

Воевода-генерал:

«Государь! Беда случилась!

Доложили мне гонцы:

Взбунтовались, обозлились

Наши бравые стрельцы!

Ты им сам давал когда-то

Слово царское свое,

Обещал поднять зарплату,

Кому надо дать жилье!»

Царь был в гневе: «Под угрозой

Безопасность всей страны!

Вы зачем, – спросил он строго,-

Брали деньги из казны?!»

«Мы купили три кареты, -

Отчитался генерал, -

Шесть заморских арбалетов,

Чтоб украсить тронный зал.

Я стрельцам отправил лично

Две телеги пятаков,

А потом казнил публично

Ротозеев-ямщиков –

Не сумели там, где надо,

Брод нащупать у реки!

Вот, царь-батюшка, досада!

Утонули пятаки!»

Между тем среди народа

Шел негромкий разговор:

Пятаки у воеводы,

Но не пойманный – не вор.

Царь, известный добрым нравом,

Был суровым в этот раз,

Воеводе-генералу

Он отдал такой приказ:

«Вот как знаешь, воевода,

Сам виновен, не взыщи,

Для служивого народа

Деньги все же отыщи!

Я контрольный срок назначил,

Как положено, три дня,

А не справишься с задачей –

Прикажу казнить тебя!»

Генерал чуть не заплакал,

Возвратясь к себе домой.

Как не хочется, однако,

Расставаться с головой!

Лишних денег в доме нету,

Он все вывез из страны!

«Что ж теперь продать карету,

Драгоценности жены?!

Наравне со всем народом