Ещё один момент, он важный. Ваш мир — уникален. Поверьте, другой такой вряд ли можно найти во всей вселенной. И не думайте, что о вас никто не знает, что Они (вы понимаете, о ком я) ушли, и вас забыли. Нет, они ушли лишь с одной целью — чтобы не навредить вам. И сделали так, чтобы вам не навредили другие. Может быть, через какое-то время к вам снова придут. Но не так, как во время Первой цивилизации. Придут тихо, таясь, не привлекая к себе внимания — и, поверьте, это будет правильно. Вот только случится это не сейчас. Но когда-нибудь — обязательно. Я не говорю вам «ждите», потому что не знаю, когда именно это произойдет, я скажу вам «верьте», потому что, вот честно, вера порой важнее, чем сбывшееся ожидание.
Последнее. Мы вам один подарок оставили, не очень обычный. Это… в некотором смысле фильм. Вы ведь любите кино, правда? Так вот. Этот фильм, он снят не здесь, не у вас. Но он — о вашей планете. О вашем мире. И этот фильм, он когда-то был очень популярен там, где жили мы. Его создатели сумели понять про ваш мир главное, и сумели показать это настолько хорошо, что… впрочем, зачем рассказывать о том, что лучше увидеть. Этот фильм снят по отлично вам известной легенде «О деве, рыцарях, и Злом солнце», и речь в нем идет как раз о событиях, которые являлись преддверием гибели Первой цивилизации. У телевизора лежит инструкция, а проигрыватель для кубика я сделал сам, не переживайте, он надежный, никогда не сломается. В инструкции всё подробно написано, можно подключать к любому телевизору, там всё просто. Посмотрите сами, покажите кому-нибудь. Мы надеемся, что он вам понравится.
Спасибо вам ещё раз. Впервые в жизни у нашей семьи было такое чудесное лето».
Эпилог
Ангар «Альтеи», в который их провели, оказался огромен, и «Прима» в нем буквально потерялась — Саб загнал ее в указанный карман, посадил, и вокруг тут же поднялись полупрозрачные стены, отделившие их корабль от других, стоявших неподалеку. Саб открыл все входы, и по кабине, где они сейчас сидели, пробежал теплый ветерок.
— Биологичка, — проворчал Саб. — Перестраховщики.
— Значит, ждём, — пожал плечами Лин. — Надо им, пусть делают.
В этот момент ожила связь, и знакомый голос произнёс:
— Ну чего, курортники, с прибытием. Подождите пять минут, это быстро.
— Скрипач, ты? — обрадовался Лин. — Вас ради такого случая с работы отпустили?
— А работы почти нет, и вообще, у нас теперь другая работа, — ответил Скрипач. — Ну, то есть она только начинается, но…
Стены бокса пошли вниз.
— О, закончили, — обрадовался Скрипач. — Сейчас мы за вами приедем.
— Нам бы что-то вроде погрузчика, — попросил Саб. — А то мы всё барахло на чем-то мелком не дотащим.
— В смысле? — не понял Скрипач. — У вас же вещей почти не было.
— Ага, не было, — покивал Саб. — Одной консервации полсотни банок. И это не считая тридцати двух, мать её, бутылок водки, и вещей, которыми они там всё завалили!
— В смысле — тридцати двух бутылок водки? — с тихим восторгом произнес Скрипач. — Слушайте, вы там чем занимались вообще?!
— Ну, так сразу и не расскажешь, — осторожно ответил Лин. — Эй, хватит сидеть с похоронными лицами, — приказал он Эри и Пятому. — Чего вы кукситесь?
— Жалко, привыкли, — ответила Эри.
— Ну, это бывает, — заметил Лин.
— Цветов забыл нарезать, — ответил Пятый. — Ит там?
— Тут, — отозвался Ит. — Каких цветов?
— Ты не поверишь.
