Рудо тем временем сообщил мне, что он занимается изучением медицинской литературы в надежде найти что-нибудь полезное в моем случае-чтобы я перестал меняться во сне и остался навсегда в одном и том же облике с постоянными способностями. Однажды, когда мы вместе завтракали, он сказал: "Кройд, несмотря на все наши старания, ты все равно остаешься подделкой, карикатурой на человека. Я хотел бы, чтобы в моей власти было уничтожить все, что сделал с тобой этот чертов вирус - и с другими тоже. Я мечтаю о том дне, когда человеческая раса снова станет чистой и безупречной, такой, какой она была раньше".
"Я ценю все, что вы делаете, док, - сказал я. - У меня такое ощущение, что вы тратите все свое время на то, чтобы разобраться с моим случаем".
"Мне кажется, ты самый важный и интересный пациент из всех, что у меня были", - ответил он.
"Есть новости с технической точки зрения?"
"Да, по-моему, появился способ закрепить какой-нибудь образ путем воздействия на твою нервную систему определенным уровнем радиации".
"Радиация? А я думал, мы выбрали путь чистой психологии, вы говорили о dauerschlaf".
"Это совсем новые разработки в нашей области, - пояснил он мне. - Я ещё и сам не совсем разобрался".
"Вы - доктор, - сказал я. - Держите меня в курсе дела".
Он заплатил за наш завтрак. Как и обычно. Он даже не брал с меня денег за лечение. Говорил, что считает, будто оказывает услугу человечеству. Знаете, он мне нравился.
- Мистер Кренсон, - перебила его Ханна, - ваш хвост.
- Называйте меня Кройд.
- Кройд, я совершенно серьезно. И мне наплевать на то, что это небывалое ощущение. Мы тут с вами делом занимаемся.
- Извините, - проговорил он и помахал хвостом. - А какие у вас планы на сегодняшний вечер? Тут довольно скучно и...
- Я хочу дослушать вашу историю до конца, Кройд. Бесконечные рассуждения о философии наводят меня на мысль, что вы оттягиваете момент, когда вам придется рассказать мне все.
- Может быть, вы и правы, - сказал он. - Не думал об этом, но, возможно, вы правы. Ладно. К делу.
Итак, время шло, я себя прекрасно чувствовал. И знал, что не стану искусственно растягивать период бодрствования, потому что теперь я не боялся заснуть. Я увидел свою жизненную ложь - где сон, безумие и смерть переплелись в немыслимый узел - и был уверен, что могу с ней справиться, что проблема перестанет существовать, как только мое состояние стабилизируется. Это сделает Рудо, когда разберется с тем, каким образом следует применять к пациенту, находящемуся в dauerschlaf, новый метод лечения-с использованием радиации.
Однажды он пригласил меня на ленч, а потом мы отправились погулять в Центральный парк. Мы шли по дорожке, Рудо оглядывался по сторонам, словно изучал пейзаж-искал место, где бы можно было устроиться и заняться рисованием. И вдруг сказал:
"Кройд, сколько тебе ещё осталось?"
"В каком смысле?" - спросил я.
"До того момента, когда ты снова заснешь?" - пояснил он свой вопрос.
"Трудно сказать наверняка, у меня должно возникнуть определенное ощущение, - ответил я. - Однако, судя по прошлому опыту, думаю, у меня есть по меньшей мере неделя".
"А не попробовать ли нам погрузить тебя в сон раньше, - задумчиво проговорил он, - чтобы запустить..."
"Что запустить?" - спросил я.
"Сначала позволь мне задать тебе один вопрос, - продолжал он. - Ты говорил, что знал старика взломщика по имени Бентли и что сам одно время занимался подобными делами".
"Говорил".
"Насколько хорошо у тебя это получается?"
"Неплохо", - ответил я.
"И ты знаешь, что нужно делать, если в этом возникает необходимость?"
"Если я вас правильно понял - да, я иногда этим промышляю".
"А что, если речь идет о месте, которое особенно тщательно охраняется?"
"Не могу ничего сказать, пока не узнаю подробностей, - пожав плечами, ответил я. - Иногда я просыпаюсь, обладая даром, который оказывается очень полезным в подобных случаях".
"Так-так, отличная мысль..."
"А в чем дело, док? Вы к чему ведете?"
"Я понял, что тебе нужно, Кройд, для радиационной части лечения. К сожалению, необходимые вещества недоступны гражданским лицам".
"А у кого они находятся?"
"Лаборатория в Лос-Аламосе".
"Если эти вещества можно использовать в медицинских целях, почему же военные не делятся... в гуманитарных целях?"
"Потому, что они бесполезны для всех, кроме тебя. Мне пришлось изменить все данные в уравнениях, чтобы принять в расчет твой метаболизм".
"Понятно, - сказал я, - и вас интересует, смогу ли я свистнуть немного нужного нам вещества? Смогу ли я помочь самому себе - в некотором смысле?"
"Ну, в некотором смысле - да".
"Почему бы и нет. А когда можно будет взглянуть, как у них там все устроено?"
"Вот тут возникает серьезная проблема, - проговорил он. - Я не знаю, как это сделать".
"Не понял?"
"Лос-Аламос - закрытая зона. Масса пропускных пунктов. Если ты не работаешь в городе и не имеешь права там находиться, тебя и близко не подпустят. Правительственная установка. Секретные ядерные разработки".
"Вы хотите сказать, что речь идет не об обычной лаборатории, а о целом засекреченном городе?"
"Именно".
