В комнате пахло тонкими духами и вообще всем, чем обычно пахнут женские комнаты. В углу я разглядел очертания кровати. Она была пуста. Я подкрался к двери и приложил ухо к замочной скважине. Внизу играло радио, и больше ничего не было слышно. Я выскользнул на площадку. Справа увидел ведущую вниз лестницу, слева - две двери. Первая показалась мне слишком узкой, чтобы за ней могла скрываться комната, поэтому я толкнул вторую. Это было то, что я искал. Наверное, за последние пять лет сюда не слишком часто заглядывали, потому что в комнате чувствовался какой-то нежилой запах и на всем лежал слой пыли и паутины. При тусклом свете уличного фонаря я увидел кушетку, пару кресел и массивный сейф в углу: все, что осталось от мужчины, когда-то здесь работавшего. Я направился по толстому ковру к сейфу, как вдруг мне в спину ударил тоненький луч карманного фонарика.
С трудом удержав готовый вырваться крик, я круто повернулся и ослеп от света. - Женский голос спокойно произнес:
- Я знала, что вы непременно придете. У меня едва хватило сил прохрипеть:
- Скорее уберите свет, чтобы они не увидели. Свет тут же погас.
- Как вы догадались, что я здесь?
- Почувствовала ваше присутствие. Я так долго живу в этом доме, что мне знаком каждый шорох. Я не могла не услышать ваших шагов.
- Кто там внизу?
- Два человека. Один из ФБР, другой из полиции штата. И они не знают о том, что вы тут. Я взял у нее фонарик.
- Вам известен код сейфа?
- Нет, его знал лишь Боб. И он никогда не записывал его, так что сейф не вскрывали с самого дня его гибели. Да там ничего важного и нет. Все личные документы он хранил в своем сейфе в банке.
- А что же лежало здесь?
- Только те бумаги, которые он иногда приносил с работы.
- Я хотел бы вскрыть его. Почему-то с меня градом катил пот.
- Вскрывайте, - просто сказала она. В темноте она не заметила косой усмешки, появившейся на моем лице.
- Все-таки вы чертовски хладнокровная женщина, - заявил я. - Ведь меня все считают убийцей.
- Но я в этом не уверена.., пока что.
Да, это была женщина что надо. Муж мог бы гордиться ею. Я взял фонарик, загородил его луч рукой, подошел к сейфу и внимательно осмотрел его.
И уже не в первый раз мне показалось, что подобные дела мне хорошо знакомы. Я точно знал, что и как мне нужно сделать, чтобы вскрыть сейф. От этой мысли мне стало холодно. Прошлое властно вторгалось в настоящее. Целых пять лет я пытался воскресить его, а теперь, когда оно возвращалось ко мне по кусочкам, словно мозаика, меня охватывал дикий ужас при мысли, что в один прекрасный день память вернется ко мне и больше нельзя будет оставаться в неведении.
Я тряхнул головой. Все это будет потом. Сейчас мне надо торопиться, и на размышления нет времени. Чувствуя на себе напряженный взгляд миссис Минноу, я протянул руку и начал вращать циферблат сейфа. Кончики моих пальцев словно обрели какую-то сверхъестественную чуткость. Движения стали автоматическими, точно мне приходилось проделывать такое много-много раз. Прошло минут двадцать, и наконец я услышал едва различимый щелчок - дело было сделано. Я повернул ручку, и дверца отворилась.
На нижней полке лежала газета десятилетней давности. На другой стояла жестянка из-под табака, заполненная мелкими монетами. Я выдвинул верхний ящик: он был пуст, если не считать сиротливо лежащей на дне розовой квитанции от Филберта.
У меня заломило спину от перенапряжения. Я взял квитанцию и сунул ее в карман. Миссис Минноу забрала у меня фонарик, лицо ее было довольным.
- Вы нашли то, что искали?
- Да, хотите взглянуть?
- Нет. Возьмите эту вещь, и пусть Бог пошлет вам удачу.
Когда я закрыл за собой дверь, позади послышалось тихое рыдание. Я выбрался из дома тем же путем, что и пришел, нырнул в машину и включил зажигание. Дождь все еще лил, и брюки на мне промокли насквозь, пока я пробирался по кустам. Но я не чувствовал холода. Мне было жарко, чертовски жарко.
Клерк в ателье Филберта был таким же белым от страха, каким я его оставил Все время облизывая губы, он трясся, словно в лихорадке. Молча приняв из моих рук квитанцию, он вышел в заднюю комнату, несколько минут хлопал там ящиками, а когда возвратился, в руках его был большой коричневый конверт. Не говоря ни слова, он протянул его мне, взял два доллара и, пробурчав что-то насчет того, что работа стоит дороже, стал запихивать деньги в бумажник.
Я подождал, пока он покончит с этим делом: просто мне хотелось, чтобы он увидел мое лицо. Когда его глаза остекленели от ужаса, я повернулся и вышел.
Доехав до первого фонаря, я заглушил мотор и вскрыл конверт. Здесь находились две фотокопии и негатив письма, написанного от руки и адресованного Роберту Минноу
"Дорогой мистер Минноу!
Настоящим письмом уведомляю Вас, что в случае моей смерти следует считать ее насильственной, как бы я ни умерла. Среди оставшихся после моей смерти вещей Вы найдете неоспоримые доказательства моей связи с Леонардом Серво, а также фотографии, указывающие на тех, кто еще может быть повинен в моей смерти".
Грейси Харлан"
