– Если это был официант, Терри приписал бы об этом пару слов. Если полисмен, письмо не дошло бы. Так кто же это был и почему Терри написал это признание?
– Понятия не имею, Марлоу. Никакого понятия.
– Простите, что побеспокоил вас, м-р Старр.
– Никакого беспокойства, рад был с вами поговорить. Спрошу Менди, что он думает на этот счет.
– Спросите, если увидите его живым. А не увидите, все равно постарайтесь выяснить. Иначе выяснит кто-нибудь еще.
– Вы? – Голос у него стал жестче, но оставался спокойным.
– Нет, м-р Старр. Не я. Тот, кому вышибить вас из Вегаса – пара пустяков. Поверьте мне, м-р Старр. Уж поверьте. Я вам точно говорю.
– Я увижу Менди живым. Об этом не волнуйтесь, Марлоу.
– Так и думал, что вы полностью в курсе. Спокойной ночи, м-р Старр.
Когда внизу остановилась машина и открылась дверца, я вышел и встал наверху, собираясь окликнуть Линду. Но дверцу придержал пожилой цветной шофер. Он вынес небольшой саквояж и стал подниматься вслед за ней. Так что я просто стоял и ждал.
Добравшись до верха, она обернулась к шоферу:
– М-р Марлоу отвезет меня в гостиницу, Эймос. Спасибо вам за все. Я позвоню утром.
– Слушаюсь, м-с Лоринг. Можно мне задать вопрос м-ру Марлоу?
– Разумеется, Эймос.
Он вошел, поставил саквояж, а она прошла в дом, оставив нас наедине.
– "Я старею... Дрожат руки... скоро буду закатывать брюки". Что это значит, м-р Марлоу?
– Да ни черта. Просто хорошо звучит.
Он улыбнулся. Это из «Любовной песни Дж. Альфреда Пруфрока». А вот еще.
«Женщины туда-сюда похаживали – говоря о Микель Анджело». Это вам что-нибудь говорит, сэр?
– Говорит, Что этот парень не слишком разбирался в женщинах.
– Точь-в-точь мое ощущение, сэр. Но это не умаляет степени моего восхищения Т. С. Элиотом.
– Как вы сказали – не умаляет степени вашего восхищения?
– Совершенно верно, м-р Марлоу. Я употребил не правильное выражение?
– Нет, но не вздумайте так выразиться при каком-нибудь миллионере. Он решит, что скоро вы ему пятки начнете подпаливать.
Он грустно улыбнулся.
– Я не мог бы об этом и помыслить. Вы попали в несчастный случай, сэр?
– Нет. Так было задумано. Спокойной ночи, Эймос.
– Доброй ночи, сэр.
Он пошел вниз по лестнице, а я вернулся в дом. Линда Лоринг стояла посреди гостиной, оглядываясь вокруг.
– Эймос окончил Гарвардский университет, – сказала она. – Вы живете в довольно безопасном месте.
– Безопасных мест не существует.
– Бедняжечка, что у вас с лицом. Кто это сделал?
– Менди Менендес.
– А что вы ему сделали?
– Почти ничего. Лягнул пару раз. Он попал в западню. Сейчас едет в Неваду в обществе трех-четырех свирепых помощников шерифа. Забудьте о нем.
Она села на диван.
– Что будете пить? – спросил я. Достал коробку с сигаретами и протянул ей.
Она сказала, что не хочет курить. И что выпивка сойдет любая.
– Я вообще хотел предложить шампанского, – сообщил я. – Ведерка со льдом у меня нет, но шампанское холодное. Берегу его уже несколько лет. Две бутылки «Кордон Руж». Надеюсь, хорошее. Я не специалист.
– Бережете для чего? – спросила она.
– Для вас.
Она улыбнулась, не сводя глаз с моего лица.
– Вы весь в порезах. – Она протянула руку и легонько коснулась моей щеки. – Бережете для меня? Вряд ли. Мы познакомились всего два месяца назад.
– Значит, я его берег на случай нашего знакомства. Сейчас принесу. – Я подхватил ее саквояж и пошел к двери.
– Куда вы это несете? – резко осведомилась она.
– Там ведь ваши туалетные принадлежности, верно?
– Поставьте его и подите сюда.
Я так и сделал. Глаза у нее были блестящие, но в то же время сонные.
– Это что-то новенькое, – медленно произнесла она. – Просто невиданное.
– Что именно?
– Вы ко мне ни разу и пальцем не притронулись. Никаких заигрываний, двусмысленных фраз, хватаний руками, ничего. Я думала, вы жесткий, язвительный, злой и холодный.
– Я такой и есть – иногда.
– А теперь я здесь, и после того, как мы изрядно угостимся шампанским, вы, вероятно, собираетесь без лишних слов схватить меня и потащить в постель. Так ведь?
– Честно говоря, – сказал я, – подобная мысль где-то у меня шевелилась.
– Польщена, но что, если я против? Вы мне нравитесь. Очень нравитесь.
Но отсюда не следует, что я хочу ложиться с вами в кровать. Не слишком ли вы спешите с выводами – просто потому, что я приехала с саквояжем?
– Может, я и ошибся, – сказал я. Вернулся к входной двери и поставил саквояж обратно, возле порога. – Пойду за шампанским.
– Я не хотела вас обидеть. Может быть, вам лучше поберечь шампанское для более благоприятного случая?
– Там всего-то две бутылки, – отвечал я. – Для настоящего благоприятного случая потребуется дюжина.
– А, понятно, – заявила она, внезапно вспылив. – Я гожусь только, пока на горизонте не появился кто-нибудь покрасивее. Спасибо вам большое. Теперь вы меня обидели, зато я знаю, что нахожусь в безопасности. Если вы думали, что от бутылки шампанского я превращусь в женщину легкого поведения, могу заверить, что вы очень ошиблись.
– Я уже признал ошибку.
