- Не спеши, - я протягиваю ему руку через стол. – Мы с тобой оба еще в этом мире пока что. И у нас есть загадка для решения. Рано нам с тобой прощаться.
- Ты прав, - рукопожатие его по-прежнему крепкое. – Тогда пиши мне, звони, держи в курсе. Ну, и приезжай навестить. Только позвони предварительно. Я не хочу, чтобы ты меня видел, когда уже будет совсем плохо.
- Я приеду, Федерико. Держись. И не бойся.
- Удачной охоты, Гэбби. Привет Парижу.
Глава XI.
Человека, который помогает мне в Париже, зовут Джордж Браун. Он американец, из Вилмингтона, неподалеку от Филадельфии. Но вот уже много лет предпочитает жить в Европе, хотя на родине регулярно бывает.
Свою карьеру он начал в 1965, тогда ему было всего восемнадцать лет – он лишь на три года моложе Федерико Суареса. Бизнес его был простым, но успешным – он продавал в Европе американские пластинки с музыкой, а домой привозил записи музыкантов европейских. В середине хипповых шестидесятых, буквально окутанных музыкой и дымом марихуаны, дело это приносило немалую прибыль, тем более, что Джордж, кажется, не заморачивался такими глупостями, как уплата налогов и таможенных пошлин.
Ныне его, пожилого и уважаемого бизнесмена, члена множества общественных организаций и деловых сообществ, большинство его знакомых знают как совладельца большой международной фирмы, торгующей авторскими правами множества исполнителей, и именитого антиквара, собирающего старую мебель, посуду и картины на аукционах в старых замках по всей Франции и Италии, восстанавливающего их в собственной реставрационной мастерской в Париже, а потом продающего шедевры в США, в Саудовскую Аравию, Арабские Эмираты, Россию, Китай и даже Австралию.
И лишь очень, очень немногие, знали о той части бизнеса Джорджа, которая сделала его по-настоящему богатым. К 1969 году он, помимо новенького белоснежного Кадиллака Эльдорадо и солидной суммы на банковском счету, обзавелся огромным количеством интересных и полезных знакомых. Однажды в Лондоне за бутылкой восемнадцатилетнего Гленливета с ним разоткровенничался такой же молодой британский бизнесмен Ричард Хатчинсон. У Ричарда была проблема – он набрал несколько миллионов фунтов в долг, а отдавать их ему совершенно не хотелось. Идея инсценировать смерть Ричарда была высказана Джорджем сначала как простая пьяная шутка, но потом друзья стали ее обдумывать всерьез. Через три месяца Мерседес Хатчинсона сгорел после аварии, а Ричард погиб в огне. Ну, точнее, все так решили, похороны были красивыми. А через три недели, когда всё улеглось, Джордж с двумя своими верными помощниками посадил настоящего Хатчинсона, вместе с новыми документами и заживающим после пластической операции лицом, на самолет до Кейптауна.
Идея оказалась золотой жилой. На протяжении следующего года Джордж помог исчезнуть, инсценировав собственную смерть, еще двоим бизнесменам и одному южноамериканскому политику. А в июле 1971 он нашел для себя новую, сложную, но очень прибыльную аудиторию.
Весь музыкальный мир тем летом был потрясен. В Париже при таинственных обстоятельствах скончался невероятный и потрясающий Джим Моррисон, лидер группы The Doors. Шок от этой смерти, прервавшей полет необыкновенно талантливой души всего в двадцать семь лет, у многих поклонников не проходил на протяжении многих лет. Что долго вызывало у самого Джима серьезное чувство вины. Прожив несколько лет на Мальдивах, он, с новым лицом и с новым именем, вернулся в Европу – сначала на Крит, потом на Родос и на Корфу, затем снова на Крит. Периодически он навещал Париж, даже приходил на свою могилу на Пер Лашез, хотя Джордж ему это запрещал, опасаясь разоблачения. Но всё прошло хорошо, и он остался неузнанным. В последний раз мы с Джимом общались в Вене, у ратуши, сидели на скамейке и пили пунш в июле 2013, незадолго до его смерти, теперь уже настоящей.
Потом был Элвис, Натали Вуд и еще многие бизнесмены, художники, музыканты и даже бандиты. В девяностые услуги Джорджа пользовались большим спросом в России и на Балканах. Но к концу тысячелетия он решил отойти от этого дела. Денег у него было уже достаточно – другие источники приносили солидный доход, а удовольствия и адреналина этот бизнес ему уже не доставлял, превратившись практически в рутину. Последним клиентом Джорджа, в виде большого исключения и как уважение к старому другу, стал Майкл Джексон, тайно переехавший в одну из богатых арабских стран.
