Меня облачили в узкую обтягивающую форму соблазнительной убийцы: короткие шорты, на ноге подвязка с кобурой, внутри которой уже сверкал черный ствол моего пистолета, который я незаметно подменила в гримерной. Сверху был черный топ, на локте бинт, чуть испачканный искусственной кровью.
- Лин, драться-то умеешь? – дразнился Чимин, разминаясь перед своей сценой. На парне были рваные джинсы, футболка и бомбер.
- Я за тебя как-то больше переживаю, - ответила я, и сзади послышались довольные возгласы мемберов. Кто-то даже захлопал, что не могло не навеять радостной улыбки.
- Приготовиться! – раздался голос режиссера, и я тут же направилась на свою позицию: за край колонны.
Раздались первые аккорды мелодии. Я нервно выдохнула, кончиками пальцев нащупывая в кобуре оружие. В груди снова неприятно защемило.
Маленькая девочка уже совсем выросла, ведь сегодня ее день рождения. Некогда малышке Тхи Лин исполняется десять лет! Все утро мама суетилась на кухне, убиралась и готовила, чтобы к вечеру дом был готов к приему гостей. Глава семейства, впрочем, как и всегда, был на работе. Лин не знала, кем работает ее отец, а мама никогда не отвечала на подобные расспросы. Девочка смирилась, что любимого папы практически не бывает дома, поэтому мирно сидела в своей комнате, разворачивая первый подарок – красивую фарфоровую куклу, которую вручила ей мама еще с первыми лучами солнца.
К вечеру, к положенному времени, пришли гости: родная сестра миссис Тхи с ее сыном, бабушки и дедушки Лин, а так же двоюродный брат господина Тхи. Шумная компания радостно поднимала бокалы за здравие и необычайную красоту именинницы, отчего маленькая девочка постоянно краснела и звонко смеялась.
Родственники разошлись довольно поздно, Лин на следующий день нужно было идти в школу, поэтому миссис Тхи тотчас проводила гостей, принимая слова благодарности о прекрасном уютном ужине.
Внезапный громкий хлопок входной двери прервал сон маленькой девочки, заставляя ее нервно вздрогнуть от испуга. Вошедший грузно топал по деревянному полу, шуршали какие-то бумажки, и звенело стекло. Лин притаилась, прикрываясь тканью одеяла и вслушиваясь в шаги в коридоре.
- Дорогой? – отозвалась миссис Тхи, явно проснувшаяся от столь неожиданного возвращения мужа. – Ты что, пьян?!
Мужчина что-то невнятно пробурчал, передвигая ногами в сторону спальни, но жена, очевидно, помешала ему пройти, постоянно повторяя, чтобы тот «сначала отправился в ванную комнату и смысл с себя всю грязь». С секунду неловкое молчание, а затем резкий хлопок и женский вскрик. Лин вылезла из-под одеяла и выбежала в коридор, как вдруг, спросонья зацепившись о какой-то предмет, упала на пол. Обернувшись, она увидела черный пистолет, мерцающий в лунном сиянии ночи.
Тогда Лин впервые увидела оружие.
От воспоминаний меня отвлек громкий крик режиссера.
- Мисс Тхи! Вы что там, уснули? Ваш выход!
Я неловко закусила губу, сморщив лоб. «Какая оплошность!» Мелодия заиграла вновь, и я стала внимательнее вслушиваться в ритм.
… вслушиваясь в шаги в коридоре…
Наконец, мой выход: я резко выбежала из-за колонны и направилась в сторону «ничего не подозревающего» Чимина. Моей задачей было нападение, что я успешно выполнила. Я накинулась на парня сзади, выкручивая его тело на удушающий захват, затем Чимин, крепко взяв меня за руку, выбросил через спину вперед. Я мгновенно встала на ноги, приняв боевую стойку: мой оппонент принялся атаковать, поочередно нанося удары по заготовленным точкам. Голова – отражение, живот – вновь неудача, подкосил под ноги – и снова промах. Я замахнулась правой ногой, за которую и была поймана. Чимин резко притянул меня к себе, и мы замерли, шумно дыша и всматриваясь друг другу в глаза. Музыка стихла, и режиссер крикнул: «Снято!»
Но тут внезапный выстрел прорезал тишину, заставляя всех невольно затаить дыхание. Я обернулась на съемочную группу, и увидела, как, скрючившись от боли, падает на землю сначала осветитель, а затем и оператор. Аппаратура с грохотом ударилась о бетонный пол, громких эхом распространяя по помещению крики испуганных девушек. Еще один выстрел: пуля со свистом пролетела недалеко от нас с Чимином, врезаясь в стену; от удара осыпалась сырая штукатурка, поднимая за собой облако пыли.
- ПРЯЧТЕСЬ НЕМЕДЛЕННО! – прокричала я, рефлекторно выхватывая из кобуры пистолет. Мой пистолет.
Команда незамедлительно выполнила мой приказ. Я увидела, как скатываются слезы по щекам у замерших от страха стилисток, как, выпучив глаза, тяжело дышит менеджер, осторожно пытаясь подползти к раненым.
Последнее, что я увидела – застывшее в ужасе лицо Чимина, прежде чем повалила его на бетон. Остальные бантаны тут же укрылись за большими колоннами, Джин и Хосок испуганно таращились из-за полуразрушенной стены, прикрывая руками головы.
Выстрел. Рядом со мной, в метре или чуть дальше. Совсем вылетело из головы, что сейчас я одна стою посреди опустевшей площадки, как открытая мишень. Что-то внутри подсказывало – я их цель.
