- А чего ты хотел? - накинулась на юношу Инга. - Предпочтешь две недели ползти до Великого озера? Нет у нас столько времени! У меня точно нет!
- Ну нельзя же так! Он один не дойдет! - рассердился в ответку Кабан. - Лучше сразу убить! Меньше мучиться будет!
- Так убей!...Что? Слабо? Ну тогда и не умничай! Хватит спорить. Уперся, как маленький. Сам ведь знаешь, что выбора нет. Либо бросим Гайраха и сами спасемся, либо твари нас сожрут всех троих.
Инга уже подостыла, но фразы ее постепенно делались все жестче и жестче, а в голосе слышался холод. Теперь она уже не сверкала глазами, а очень серьезно и четко, используя веские доводы, убеждала Кабаза в своей правоте:
- Ты подумай, ну кто он тебе? Не отец и не брат. То, что ногу свернул - не твоя вина. Мы ему ничего не должны. И так уже сделали больше, чем нужно. Потихоньку уйдем, пока спит - и забудь. Сейчас время такое - люди сотнями гибнут.
Слушая эту суровую правду, Кабаз все сильнее кривился лицом, но упорно молчал. Оба были уже на ногах и стояли напротив друг друга. Видя, что так Кабана не проймешь, Инга вздохнула и попыталась, меняя подход, достучаться до парня с другого конца и другими словами:
- Вот же боров упертый. Своей совести в жертву жизнь готов принести. Тут ты вправе, не спорю. Да ведь есть еще я! И меня на алтарь?! Выискался добродетель! Аж тошно! - Инга плюнула парню под ноги и, внезапно, расплакалась.
- Что же ты со мной делаешь, глупый, - бормотала она сквозь текущие слезы. - Раньше я бы смогла уйти и сама, а теперь... Теперь уже поздно. Угораздило дуру влюбиться в такого упрямца. Ладно, что уж тут - останусь с тобой и с твоим хромоногим дружком. Жаль... Так мало пожили.
Не готовый к такому Кабаз поначалу застыл, словно вкопанный, но всего миг спустя сердце снова пошло, и охотник стремительно стиснул в объятиях, одновременно крепко и бережно, свою хрупкую спутницу.
'Любит! Любит! Любит!', - поглощая весь мир без остатка, гремело в сознании. Все другие эмоции, мысли и чувства, как волной, из головы вымыло. Все тревоги и страхи сразу стали вторичны. Даже совесть забилась в какую-то щель. Ощущая всем телом тепло, исходящее от сжимаемого в руках источника счастья, Кабаз сдался и прошептал Инге на ухо:
- Хорошо. Мы уйдем.
Заплаканные карие очи, поднявшись, взглянули на парня с надеждой.
- Правда? Не шутишь? Так чего же мы медлим? Пошли.
- Не сейчас. Ляг поспи. Утром тронемся. Ты пойми, не могу я трусливо сбежать. Завтра все ему выдам, как есть, и уйдем. Он поймет. Так честнее... А если и нет, все равно. Отдохни. Утром сделаю все, как решил. Обещаю.
Инга с этим не спорила и сразу отправилась спать, понимая - победа осталась за ней.
***
Гайрах не понял.
- Суки вы, а не Урги. - сообщил напоследок Безродный невольным попутчикам. - Я-то думал, попались мне добрые люди. Повезло. Не дадут мне пропасть. А вот, нет. С виду вроде, как все: две ноги, две руки, голова. А внутри-то гнилье и дерьмо. Нет, ни сердца, ни совести. Что застыли? Валите уже. Надоело смотреть в ваши подлые зыркалки. Убирайтесь!
Наругавшись, Гайрах прислонился к стволу невысокого дерева, под которым до этого спал, и замолк. Парень с девушкой, стойко выслушав гневные речи, молча тронулись в путь. Но не успели они сделать и десяти шагов, как брошенный сзади крик заставил их обернуться.
- Подождите! Хотя бы копье мне оставьте! - наплевав на гордыню, пытался выпросить милость Гайрах.
- Хорошо, - согласился Кабаз проявить милосердие.
- Ну уж нет! - мигом вскинулась Инга. - Нам оно и самим пригодится. Посмотри на него, - обратилась она к Кабану. - От кого он способен отбиться? Если твари отыщут, считай, он мертвяк. Да и зверя добыть не по силам хромому. Только зря потеряем оружие. Лучше палку ему подбери вместо посоха.
У Кабаза на эту холодную правду слов уже не нашлось. Парень молча забрал у подруги мешок с продовольствием и, сломав по пути подходящую ветку, направился обратно к Райху. На ходу очищая сей будущий посох от листьев, он старался не слушать, прилетавших в спину ругательств недовольной его поступком Инги.
Благодарности эта подачка не вызвала. Райх, конечно, схватил и еду, и подобие посоха, но когда благодетель уже, уходя, повернулся спиной, бросил гадостно вслед:
- Надеюсь, демоны вас сожрут! А если нет, знайте - я живучий, и мы еще встретимся. И тогда я припомню... Все вам припомню.
Парень даже не стал оборачиваться, а вот Инга взъярилась. Сорвав с плеча лук, наложила стрелу и прицелилась в Райха.
- Я сейчас его подстрелю! Ишь, грозиться удумал!
- Брось. Не надо, - вступился Кабаз. - Он не стоит того. А угрозы пустые.
После кратких раздумий лук вернулся на место, и Кабан облегченно вздохнул. Дальше, не тратя времени даром, уменьшившийся на треть отряд отправился в путь. Дорога предстояла неблизкая, и по понятным причинам следовало поторапливаться. Теперь молодая пара могла позволить себе двигаться быстро. Лишний груз был сброшен, и шансы спастись многократно выросли. Впереди дожидались своих покорителей три сотни миль чужого незнакомого леса. Путешествие началось.
