С началом очередной серии взрывов я вздрогнула, но Нейт даже не моргнул и обвел взглядом зал. В прошлом, когда мы были рядом, он тоже всегда был начеку, оглядывался, следил за людьми, и теперь я понимала почему. Обостренные реакции, которые столько лет казались мне тревожным признаком, здесь помогали выжить.
Прошла минута, другая; взрывы прекратились.
— Кажется, все, — сказал сержант Грей, стоявший у противоположной стены зала ожидания.
— Да, — ответил ему другой оперативник.
— Вертолеты улетели. Больше их ничего не интересует, — добавил кто-то.
Нейт коснулся моей щеки, взял меня за подбородок и заглянул в глаза:
— Ты не ранена?
Я покачала головой. Язык не ворочался.
Он отстранился и сам осмотрел меня. Подбежали оперативники и стали осматривать шахматисток и их родителей.
— Все в порядке.
Я закивала и никак не могла остановиться.
— Все в порядке, Иззи. — Он прижал меня к себе. — Это просто шок и адреналин. Пройдет. Дыши глубоко.
Я заставила себя дышать, пока скачущее галопом сердце не замедлилось до рыси, трусцы и, наконец, спокойного шага.
— Вот и все, — тихо сказал Нейт, ласково потирая мою спину. — Грей, осмотрись и доложи обстановку.
Грей ушел.
— Если бы ты могла выбрать любую суперспособность, что бы ты выбрала? — спросил Нейт.
Я растерянно моргнула.
— Давай, Из. Подыграй мне.
— Очень быстро бегать, чтобы не пришлось больше никогда летать на самолете, — выпалила я, повернула голову и взглянула на Нейта. В его взгляде читалась тревога, но в остальном он казался невозмутимым. — Всегда думала, что, случись нечто подобное, я смогу действовать спокойно и собранно, а я просто замерла.
— Не может быть. Хочешь сказать, самой Изабо Астор не чуждо ничто человеческое? И она не идеальна? — Нейт улыбнулся, на щеке вновь появилась ямочка, и я утратила только что обретенный дар речи.
— Ты знаешь все мои слабости.
— Одна из них — ты совершенно не разбираешься в мужчинах, — поддразнил он.
Я фыркнула.
— Узнаю свою Иззи. — Нейт провел пальцем по моей щеке, встал и помог мне подняться. Вокруг все делали то же самое. — Не хочу тебя пугать, но ночь предстоит долгая.
— Потому что вертолеты улетели, — кивнула я. — Мы тут застряли.
— Застряли и окружены, — сказал он. — Но не переживай, за нами пришлют вооруженный вертолет. А до тех пор надо удостовериться, что мы в безопасности. — Уголок его губ пополз вверх. — И правило тридцати сантиметров все еще действует, не забывай.
Я закатила глаза, но быстро собралась. Улыбка Нейта тоже померкла, он перестал шутить, и мы пошли поприветствовать людей, ради спасения которых работали несколько месяцев. * * *
Позже тем же вечером мы заняли половину бизнес-зала на втором этаже, чтобы оперативники имели возможность наблюдать за обстановкой с хорошей точки обзора. Они работали посменно: кто-то патрулировал здание, другие сидели с нами, а третьи спали.
Все, кроме Нейта: тот не отходил от меня ни на шаг и нарушил правило тридцати сантиметров только один раз, когда я запретила ему сопровождать меня в туалет. Едва оперативники убедились, что на территории аэропорта нам ничего не угрожает, Нейт разрешил мне снять шлем. Бои велись за много километров отсюда.
Здание окутал полумрак. В тускло освещенном зале команда Нейта наконец села ужинать. Оказалось, они всегда брали с собой запас еды; они поделились провизией с семьями, хотя почти все девочки и их родители уже уснули на соседних рядах, растянувшись на нескольких стульях. Со стороны они выглядели обычными пассажирами в ожидании стыковочного рейса.
— Не было такого, — сказал сержант Роуз и погрозил пальцем Грею.
Остальные засмеялись.
Нейт покачал головой, но все же улыбнулся. Его друзья травили байки. Хотя я не знала, дружат они или нет. С некоторыми из них он, похоже, был довольно близок, хотя на их форме не было имен. При виде его улыбки, хоть и мимолетной, голова пошла кругом. Я поймала себя на мысли, что посматриваю на него в надежде, что он улыбнется снова.
— Что? — спросил Нейт, перехватив мой взгляд.
— Да просто подумала, что давно не видела, как ты улыбаешься, — ответила я. — А ведь мы в аэропорту.
— Чертовы аэропорты. — Ямочка появилась снова. — Тебе надо поесть, — сказал он и протянул мне открытый разогретый пакетик с едой. — Это спагетти, и поверь, лучше ты сегодня ничего не найдешь. — Он взглянул на часы. — Твои лекарства вот-вот перестанут действовать, ты будешь голодная как черт.
Я взяла у него пакетик, от удивления раскрыв рот:
— Ты помнишь?
Он кивнул.
— Ладно, раз уж кроме нас тут никого нет, — Грей откинулся на стуле, — расскажете нам про сержанта Грина? — Рядом с ним лежала рация; видимо, он был у них связистом.
Остальные оперативники, даже парень, сидевший у окна, разом повернулись ко мне.
— Ну уж нет, — покачал головой Нейт.
Я попробовала спагетти. Не мишленовское блюдо, конечно, но урчание в животе прекратилось.
— Да ладно тебе, — протянул Грей. — Ясно же, что вы знакомы. — Он улыбнулся и вскинул брови. — Я же прав? Наверняка вы знаете о нем кучу всякого, что он нам не рассказывал.
Я подобрала ноги, села на широкое кресло по-турецки и покосилась на Нейта.
