"Долина Иссы" - книга выдающегося польского поэта, переводчика и эссеиста Чеслава Милоша. Своё первое произведение, "Поэму о замороженном времени", он выпустил ещё в 1933 году, а последнее - в 2004, перед самой смертью. В 1980 году писатель получил Нобелевскую премию за то, что "с бесстрашным ясновидением показал незащищённость человека в мире, раздираемом конфликтами". Друг Милоша Иосиф Бродский называл его одним из самых великих поэтов XX века. "Долина Иссы" - это роман о добре и зле, о грехе и благодати, предопределении и свободе. Это потерянный рай детства на берегу вымышленной реки, это "поиски действительности, очищенной утекающим временем" (Ч. Милош). Его главный герой - alter ego автора - растущее существо, постоянно преодолевающее свои границы. Как заметил переводчик Никита Кузнецов, почти у всех персонажей книги есть реальные прототипы. Даже имение, где происходит действие, напоминает родовое поместье Милоша в селении Шетейне (лит. Шетеняй) на берегу речки Невяжи (Нявежис). Агнешка Косинска, литературный агент Милоша, рассказала, как ребёнком Чеслав убегал в сады и поля, за пределы поместья. Он знал латинские названия всех птиц, водившихся в этих краях. "Книга просто насыщена этим счастьем", - уверена она. После войны писатель решил не возвращаться на родину и остался в Париже. Тосковал... И работа над романом исцелила автора - он перестал чувствовать себя изгнанником. К тому же польско-французский писатель Станислав Винценз убедил его в том, что эмиграция - это не "непоправимый разрыв с родной почвой, традицией, языком; скорее, она помогает углубить с ними отношения", пишет Томас Венцлова в послесловии к русскому изданию романа. Никита Кузнецов признался, что начал переводить роман для себя - и "переводил книгу гораздо дольше, чем Милош её писал!" Если автору хватило года, то переводчику потребовалось четыре. Чтобы лучше представить место действия "Долины Иссы", Кузнецов даже поехал в Шетеняй и встретился со старожилами! Примечательно, что сам Милош тоже побывал в местах своего детства - и написал цикл стихов, вошедший в сборник "На берегу реки". Никита Кузнецов рассказал о трудностях перевода. Роман написан поэтической прозой, поэтому было важно сохранить интонацию, внутренний ритм текста. К тому же в книге немало литовских слов и реалий, нередко уже исчезнувших. А ещё важно было передать многослойность "Долины Иссы". На первый взгляд, это роман о взрослении мальчика Томаша Дильбина. Но если приглядеться, можно обнаружить фольклорные мотивы, затем - исторический, философский, богословский слои... Сам Милош называл книгу "богословским трактатом". Книга была переведена на русский язык спустя более полувека после издания. Роман, несомненно, войдёт в ряд бессмертных произведений, открывающих мир детства. Эти полотна в прозе создавали разные творцы, от Аксакова до Набокова. С выходом романа на русском языке в их плеяде засияет и Чеслав Милош.
Annotation
Чеслав Милош — выдающийся польский поэт и интеллектуал, лауреат Нобелевской премии (1980). Лучший из его романов был написан на польском языке, но впервые издан во Франции (в Польше книги Милоша были запрещены). Это роман о добре и зле, о грехе и благодати, предопределении и свободе. Это потерянный рай детства на берегу вымышленной реки, это «поиски действительности, очищенной утекающим временем» (Ч. Милош). Его главный герой — alter ego автора — растущее существо, постоянно преодолевающее свои границы.
Роман, несомненно, войдет в ряд книг (от Аксакова до Набокова), открывающих мир детства. На русский язык он переведен впервые.
Чеслав Милош
I
II
III
IV
V
VI
VII
VIII
IX
X
XI
XII
XIII
XIV
XV
XVI
XVII
XVIII
XIX
XX
XXI
XXII
XXIII
XXIV
XXV
XXVI
XXVII
XXVIII
XXIX
XXX
XXXI
XXXII
XXXIII
XXXIV
XXXV
XXXVI
XXXVII
XXXVIII
XXXIX
XL
XLI
XLII
XLIII
XLIV
XLV
XLVI
XLVII
XLVIII
XLIX
L
LI
LII
LIII
LIV
LV
LVI
LVII
LVIII
LIX
LX
LXI
LXII
LXIII
LXIV
LXV
LXVI
LXVII
LXVIII
LXIX
LXX
Томас Венцлова. Послесловие
notes
1
2
3
4
5
6
7
8
9
10
11
12
13
14
15
16
17
18
19
20
21
22
23
24
25
26
27
28
29
30
31
32
33
34
35
36
37
38
39
40
41
42
43
44
45
46
47
48
49
50
51
52
53
54
55
56
57
58
59
60
61
62
63
64
65
66
67
68
69
70
71
72
73
74
75
76
77
78
79
80
81
82
83
84
85
86
87
88
89
90
91
92
93
94
95
Чеслав Милош
Долина Иссы
I
Начать нужно с описания Озерного края, в котором жил Томаш. Эта часть Европы долго была покрыта ледником, и в пейзаже ее чувствуется суровость севера. Земля здесь в основном песчаная и каменистая, пригодная только для картошки, ржи, овса и льна. Это объясняет, почему человек не уничтожил леса, которые несколько смягчают климат и защищают от ветров с Балтийского моря. Преобладают в них сосна и ель, есть березы, дубы и грабы, но совсем нет буков — граница их распространения проходит гораздо южнее. По лесам здесь можно ходить долго, не утомляя глаз, потому что у сообществ деревьев, как у человеческих городов, есть свои неповторимые особенности: они образуют острова, полосы, архипелаги, тут и там отмеченные какой — нибудь дорогой с колеями в песке, домиком лесника или старой смоловарней, чьи разваливающиеся печи оплетены растительностью. И всегда рано или поздно с пригорка открывается голубая гладь озера с белым, едва различимым пятнышком чомги, с вереницей уток, летящих над камышами. На болотах здесь водится бесчисленное множество птиц. Весной в здешнем бледном небе висит накатывающий волнами гул, «ва-ва-ва» бекасов — так шумит воздух в их рулевых перьях, когда они совершают свои монотонные пируэты, означающие любовь. Этот слабый гул, бормотание тетеревов, будто где — то далеко кипит горизонт, и кваканье тысяч лягушек в лугах (от их числа зависит число аистов, вьющих гнезда на крышах изб и овинов) — таковы голоса той поры, когда после бурного таянья снегов цветут калужница и волчье лыко — мелкие лилово-розовые цветочки на безлистных еще кустах. Два времени года присущи этому краю, словно он создан для них: весна и осень — долгая, чаще всего погожая, полная запаха мокнущего льна, стука трепалок и доносящегося издалека эха. Гусей охватывает тогда беспокойство: они неловко срываются с места, желая взвиться в небо вслед за перекликающимися в вышине дикими братьями; порой кто-нибудь приносит домой аиста с переломанным крылом: это тот, что спасся от клювов блюстителей закона, предающих смерти неспособного лететь к Нилу товарища; люди рассказывают, что где-то в округе волк утащил кабанчика; в лесах слышится музыка охотничьих собак: сопрано, бас и баритон лают на бегу, гоня зверя, и тембр лая выдает, по чьему следу они идут — зайца или косули.
Фауна здесь смешанная, еще не вполне северная. Попадаются белые куропатки, но есть и серые. У белки зимой мех становится дымчатым. Есть два вида зайцев — один обыкновенный, русак, который зимой и летом выглядит одинаково. Второй, беляк, меняет шерсть и становится неотличим от снега. Такое сосуществование видов дает ученым пищу для размышлений, но дело осложняется еще и тем, что, как говорят охотники, у русака есть две разновидности: полевая и лесная, которая иногда скрещивается с беляком.
До недавнего времени местные жители производили дома всё, что им было необходимо. Они носили грубое полотно — женщины раскладывали его на траве и поливали водой, чтобы оно побелело на солнце. Поздней осенью, когда наступала пора сказок и песен, пальцы под мерный стук прялки тянули из кудели пряжу. Из этой пряжи хозяйки ткали на домашних станках сукно, ревниво оберегая секреты рисунка: в елочку, в клеточку, такой цвет в основу, такой — в уток. Ложки, кадки и все нужные в хозяйстве вещи вырезали из дерева, как и башмаки. Летом носили большей частью лапти из липового лыка. Только после Первой мировой войны стали появляться кооперативные молокозаводы, пункты хлебо — и мясозаготовки, а потребности деревенских жителей начали меняться.
