Долина Холодного огня полностью

– Она не сможет выиграть, – обеспокоенно пробормотал Роуэн. – Он так же силён, как и она, или даже сильнее.

Ребята затаили дыхание. Аликс оттеснила противника на несколько шагов, и на этот раз Тавиану не повезло. Он споткнулся о куст терновника – одно из мелких засохших растений, которые легко не заметить в сумерках. Воин упал навзничь.

Рена ожидала, что подруга убьёт его, быстро и уверенно, как хищник, это было в её стиле. Горло сжалось, и земная отвела взгляд, чтобы не видеть, – ведь это был Тавиан. Он был одним из тех, кто ей нравился. Но вместо сдавленного вскрика она услышала резкий голос Аликс:

– Прочь! Убирайся!

А потом они скрылись в ночи, бежали, спотыкались и ползли вверх по склону горы. И в самом деле, хотя Рене верилось с трудом, никого, казалось, у них на хвосте не было. Неужели люди Пророка отказались от преследования? Нет, скорее всего, они просто ждали рассвета. Или рассчитывали, что беглецов перехватят сообщники Пророка за перевалом.

– Вы как? Не ранены? – с тревогой спросила Рена, отдышавшись.

– Живы-здоровы, – вздохнула Аликс. – Ржавчина и пепел, что это за огонёк?

Земная без лишних вопросов поняла, кого она имеет в виду.

– Тавиан. Правая рука твоего брата. Я слышала, что он мастер четвёртой степени.

– Клянусь духом огня, я это заметила! Жаль, что сейчас так темно. Он был в палатке с нами и Кано тогда?

– Да, – ответила Рена, напрягая память. – Он стоял с правой стороны. Ростом с тебя, чёрные волосы. У него странные глаза… с золотым отливом.

– Пятнистое золото? Нет, я этого не заметила. Но его я припоминаю.

Рена с трудом передвигала ноги. Она страшно устала, запястья болели от пут и битвы на мечах. Но сейчас они не могли позволить себе ни минуты отдыха. Нужно было идти дальше, чтобы к восходу солнца оказаться как можно дальше от лагеря.

– Странный он, – задумчиво произнесла Аликс. – Наверное, с севера, из приграничных лесов Феникса. Там сражаются в похожем стиле.

Рена кивнула и рассказала ей о стихах, о мече с выгравированными строками. Ей почему-то казалось, что Аликс рассмеётся, но оружейница лишь коротко кивнула и заговорила о другом.

– Прежде всего нужно послать Совету ещё одно сообщение – точнее, предупреждение, – сказала она. – Лучше всего было бы отправиться туда самим и доложить, но нам надо искать Семь Башен. Если в них всё дело и тайна Кано связана с этими башнями, то нам нужно туда попасть. И как можно скорее.

Рена нахмурилась.

– Но где же эти башни? Роуэн, что говорили о них странствующие торговцы?

– Так, всего пару слов. В те места никто особо не стремится.

– «Место тайн, страха и ужаса», — пробормотала Рена. Слова Кано глубоко запечатлелись в её памяти – возможно, потому что она тогда почувствовала: Пророк Феникса чего-то боялся.

– Поговаривают, что на границах Дареша есть проходы в башни – в другой мир, за пределы нашего, – нерешительно сказал Роуэн. – Теневые врата, так их называют.

Аликс посмотрела на друзей мрачно, но решительно.

– Внешние границы Дареша совсем рядом. Два-три дня пути. Ну что, кто со мной?

– Я пойду, – сказал Роуэн. Несмотря на усталость, его голос звучал твёрдо.

– А ты, Рена?

– Ты шутишь? Конечно, я с вами, – ответила девушка. – Неужели вы думаете, что я продержалась всё это время в жутком лагере только для того, чтобы сдаться на полпути?

А мысленно она лишь вздохнула, радуясь, что никто не заметил, как ей на самом деле страшно.

Им повезло. Вскоре путники нашли то, что искали. Правда, совершенно случайно. Они остановились отдохнуть в горной деревушке, у внешней границы Дареша. Туника Рены прилипла к телу: девушка вся вспотела от подъема.

На несколько монет они купили провизию и бутылку кислого вина, чтобы освежить пересохшие рты. Удалось даже найти вторую палатку, чтобы не спать в одной. Рене и Роуэну пока так и не удалось поговорить. По-настоящему поговорить, а не просто обмениваться фразами вроде «Смотри-ка!» или «А не пора ли сделать привал?» Всё, конечно, потому, что в последние дни они только и делали, что шли вперёд. Страх перед следующим шагом Кано дышал им в затылок. Они шли до тех пор, пока не начинали спотыкаться от усталости, а потом падали и засыпали, едва свернувшись калачиком под одеялом.

Понимал ли он, что между ними всё кончено? Возможно. Они не целовались с тех пор, как попрощались перед уходом Рены к Пророку.

«Нужно поговорить с ним как можно скорее, но нельзя, чтобы он меня неправильно понял – в конце концов, он мне всё равно очень нравится, – виновато думала Рена. – И он помог мне выбраться из Огненного Сада. Вряд ли он бы так поступил, если бы я стала для него пустым местом».

Рена без устали размышляла о том, что и как скажет, как объяснит свои чувства.