Пока она таяла от его слов, он пристроился у нее между ног и так долго смотрел на открывшуюся его взору картину, что Мэдди почувствовала себя неловко.
— Джекс…
— Если бы ты могла посмотреть на это моими глазами… — Его широкие плечи раздвинули ее ноги, он склонил голову и поцеловал нежную плоть на внутренней стороне бедра, а в голове Мэдди осталась лишь одна мысль: «Пожалуйста, будь в этом так же хорош, как во всем остальном».
Затем он нежно погладил ее пальцем, и мыслей не осталось вообще. Со стоном он провел языком по ее влажной трепещущей плоти. Мэдди прикусила губу и вцепилась руками в простыню, не в состоянии прекратить сладкую дрожь.
Экстренное сообщение — в этом он такой же мастер, как и во всем остальном!
— Мне нравится, какая ты на вкус, — прошептал Джекс.
Когда Мэдди уже была на грани бурного оргазма, Джекс внезапно остановился.
— Что? — выдохнула она.
Наклонив голову, он посмотрел ей в глаза:
— Последние два раза, когда мы подходили к этому месту, нас прерывали. Жду, когда это произойдет на сей раз.
Мэдди открыла рот от изумления.
— Ты хочешь, чтобы нас прервали? Должна тебе сказать, что если это произойдет, я закричу!
Джекс задорно улыбнулся:
— У меня есть идея получше. Я сам заставлю тебя кричать. Как только найду все твои эрогенные зоны. — Он лизнул ее сосок. — Что тебе нравится? — Джекс погрузил язык в ее пупок, затем сжал ее бедро. — Как насчет этого? — прошептал он и снова коснулся губами ее влагалища.
Мэдди не ответила, и он приподнял голову.
— Да! — простонала она.
Повторив тот же трюк, он ввел сперва один палец внутрь нее, затем другой и стал медленно ими двигать.
— Хочу, чтобы ты вошел в меня! — взмолилась Мэдди.
Джекс достал из ночного столика презерватив, надел его и погрузился в Мэдди.
— Не останавливайся, — прошептала она.
Но Джекс и не думал останавливаться.
Он прижался лбом к ее лбу и закрыл глаза, давая ей время приладиться к нему. Обхватив его бедра ногами, Мэдди выгнулась дугой и почувствовала, что полностью расслабилась.
— Боже, ты только посмотри на себя, — прошептал Джекс и прикоснулся губами к ее губам. — Обожаю твою улыбку.
А Мэдди даже не поняла, что улыбается. Когда она была с ним, как сейчас, она чувствовала себя сексуальной, желанной, прекрасной — королевой мира.
Джекс начал двигаться и в конце концов установил такой ритм, от которого у Мэдди захватило дух. Запустив пальцы в его волосы, она поймала его взгляд.
Вот! Вот так себя чувствует женщина, когда все идет правильно…
Птичка съедает раннего червячка, так что спите подольше.
Когда Мэдди открыла глаза и уперлась взглядом в мускулистую грудь Джекса, солнце было уже низко. Подняв голову, она растворилась в его взгляде, который был слишком уж оживленным для человека, вымотанного любовной схваткой.
— Я заснула, — сказала она изумленно.
— Да, ненадолго.
Он играл с ее волосами, накручивая на палец снова и снова.
— Все в порядке?
Мэдди знала, почему он спрашивает. Он видел выражение ее лица в тот самый момент, когда вошел в нее, слышал биение сердца, когда в ее мире осталась лишь одна ось координат.
Страх.
Нет, он не сделал ей больно. Это не был физический страх — она боялась тех эмоций, которые он пробудил в ней. Того, что она может почувствовать, если позволит себе.
Джекс лежал на боку, прижимая ее к себе.
— Я более чем в порядке, — ответила Мэдди.
— Тогда почему ты так смотришь?
«Доверься ему, скажи все прямо, выложи начистоту».
Мэдди опустила глаза и посмотрела на его шею.
— Мне было так хорошо, так здорово…
— И тебя это удивляет?
— Нет. Пугает.
Их взгляды встретились.
— Ты так уверенно прикасаешься ко мне, так стараешься, чтобы мне было хорошо и легко, но еще ни разу не задал мне вопрос. О моем прошлом. О моих отношениях с мужчинами.
— Я думал, ты сама расскажешь, когда будешь готова.
— Я встречалась с парнем, который… ну не подходил мне.
Что-то промелькнуло во взгляде Джекса. Что-то тяжелое. Но когда он заговорил, его голос был спокоен и нежен, а рука продолжала поглаживать ее тело.
— Поясни.
— Пока я не встретила тебя, я считала, что все парни — засранцы.
Она закусила нижнюю губу и опустила глаза, когда она поднес руку, чтобы убрать волосы с ее лба и погладить шрам.
— Мэдди, посмотри на меня.
Она подняла глаза и увидела его ласковый взгляд, полный ожидания.
— Мы все можем быть засранцами. Хотел бы я оказаться один на один с твоим бывшим хоть на пять минут — я бы показал ему. Но я никогда не сделал бы тебе больно. Никогда.
— Всего на пять минут? — спросила Мэдди, пытаясь обратить все в шутку.
Но Джекс не был настроен на шутливый лад.
— В отношениях с женщиной нельзя быть жестоким. Никогда.
Мэдди чувствовала, с какой горячностью говорит Джекс, и черпала силы в его уверенности.