Однажды в конце апреля с утренней почтой прибыл первый отчет мистера Баркера. София зевала над чаем после состоявшегося прошлым вечером бала, где она во время танцев протерла свои туфельки до дыр, и с трудом пыталась сосредоточиться на письме, которое лорд Графтон читал вслух. Мистер Баркер сообщал ему, что основной участок расположен в долине реки и что там можно выращивать табак не хуже качеством, чем в любой другой части Вирджинии, в частности сорт «ориноко», который пользовался большой популярностью в Европе. В том, что плантация принесет лорду Графтону целое состояние, не было ни малейших сомнений. Однако он вновь подчеркнул, что для этого понадобятся значительные инвестиции.
Прежде чем приступить к возделыванию земли, ее необходимо расчистить, к тому же многое придется заказывать в Англии: сельскохозяйственный инвентарь и орудия, гвозди, кирпич и прочие инструменты; хотя, к счастью, их можно было переправить на плоту из Йорктауна или берегового склада на реке Джеймс. На пожалованную Графтону землю, несмотря на то что она находилась в необжитой части Вирджинии и на большом удалении от побережья, по счастливому стечению обстоятельств можно было добраться по реке, судоходное русло которой было обнаружено совсем недавно и проходило через горный массив. Это означало, что поставки из Англии и отправку табака в метрополию можно будет осуществлять по воде, конечно, при условии, что уровень ее в реке окажется достаточно высоким. Впрочем, можно было перевозить товары и по суше, фургонами вдоль берега, но это обойдется значительно дороже. Поэтому им придется выстроить и причал со складом на реке.
Он также советовал немедленно приступить к возведению каменного дома. Мистер Баркер не мог задерживаться в Вирджинии дольше срока, необходимого для первого сбора урожая табака и подтверждения соответствующего дохода, после чего плантацию следовало передать в аренду другому плантатору за долю в том, что сулило колоссальную прибыль. Поскольку виргинцы придавали большое значение своим домам, то для того, чтобы плантатор мог спокойно жить в такой дали от населенной части колонии, требовался крепкий кирпичный особняк на шесть или восемь комнат в колониальном стиле. Его наличие значительно повысит стоимость плантации, если в будущем виконт решит продать ее.
Кирпич, писал он, стоит дорого, но избежать этих расходов не удастся. Лучшие дома в Вирджинии были построены именно из кирпича, а не из дерева. Лорд Графтон вскипел:
– Но ведь в Вирджинии наверняка много леса! И дом из дерева вполне подойдет колониальному табачному плантатору!
– Полагаю, мы должны предоставить мистеру Баркеру самому судить об этом, папа, – вздохнула София, которую уже начал утомлять этот виргинский бизнес.
– Господи помилуй, Баркер даже дал плантации имя! – воскликнул лорд Графтон.
В письме говорилось, что в соответствии с виргинскими обычаями сделать это следовало немедленно, чтобы в дальнейшем туда можно было направлять письма и припасы из Англии. Мистер Баркер взял на себя смелость назвать земли Графтона плантацией «Лесная чаща», сочтя подобное наименование вполне подходящим, поскольку они располагались в лесистой местности, и теперь лорд Графтон мог отправлять свои письма на плантацию именно по этому адресу. Правда, к нему следовало прибавить: «что лежит к западу от графства Амелия на раздвоенном рукаве реки между Лягушачьей горой и горой Лягушонок».
– Лягушачья гора? И гора
Лорд Графтон улыбнулся.
– Вот уж воистину деревенские. Но их едва ли можно назвать очаровательными. И вообще, Вирджиния представляется мне довольно-таки странным местом.
Когда он принялся читать Софии следующий абзац из письма мистера Баркера, его улыбка увяла, ибо тот выражал сожаление, что не включил в первичную смету расходов по освоению земельного участка дополнительную сумму наличными, необходимую для покупки рабов, дабы те расчистили и вспахали землю, а потом посеяли, собрали табак и закончили строительство.
– Рабов, папа?
– Как следует из письма мистера Баркера, без них вырастить табак невозможно.
– Но, папа, разве ты не помнишь, как миссис Бернхэм говорила, что добрые христиане должны питать отвращение к торговле человеческими существами? На одном из собраний об этом говорила какая-то леди-квакер. Должна признаться тебе, что, хотя тамошние ораторы частенько заставляли меня закрывать глаза и молиться о том, чтобы все поскорее закончилось и мы могли бы уйти, в ее изложении это звучало столь безнравственно, что я невольно прислушивалась. Почему не привлечь к этому арендаторов и наемных работников, как мы делаем это в Сассексе?
– Дорогая моя, мы не выращиваем табак в Сассексе. Вопросы ведения деловых предприятий и табака находятся выше понимания леди Бернхэм, каковое во всем остальном остается поистине превосходным. Для выращивания табака целесообразнее использовать рабов, а не наемных работников.
