- Прошлой ночью «Пальмира» вошла в Кейптаунский порт, а сегодня утром я получил телеграмму от миссис Дуглас. Вот: «Джек погиб, упав за борт, во время шторма у берегов Святой Елены. Как это произошло, никто не знает. Айви Дуглас».
- Так вот чем дело кончилось, - печально проговорил Холмс. - Не сомневаюсь, что все было отлично организовано.
- То есть, по вашему мнению, это не был несчастный случай?
- Конечно нет.
- Вы считаете это убийством?
- Несомненно.
- Знаете, я тоже так думаю. Эти проклятые «метельщики», шайка кровавых преступников...
- Да нет, дорогой сэр, - оборвал его Холмс. - Тут чувствуется рука специалиста. Это не работа бандитов с обрезами и нескладными шестизарядными револьверами. Старого мастера можно узнать по одному мазку кисти. Я всегда узнаю Мориарти. Это преступление лондонское, а не американское.
- Но каков же может быть мотив?
- Просто этот субъект не имеет права промахнуться. Уникальность его в том, что в любом деле он всегда добивается успеха. Мощный ум и огромная организация были мобилизованы на то, чтобы уничтожить одного человека. Все равно что расколоть орех паровым молотом - абсурдное расточительство энергии; но так или иначе, а орех расколот.
- Как же он оказался замешан в это дело?
- Могу только обратить ваше внимание на то, что первое сведение об этом деле было нами получено от одного из его сотрудников. Американские бандиты поступили весьма разумно: поскольку цель их находилась в Англии, они наняли этого выдающегося специалиста по преступлениям, выполняющего заказы любых иностранцев. И могли быть спокойны: их жертва обречена. Сначала он ограничился тем, что обнаружил местонахождение разыскиваемого ими человека. Затем наметил для них, как им следует действовать. И наконец, прочтя в полицейской сводке об их провале, вступил в дело сам. Если помните, я говорил хозяину берлстоунского Мэнор-хауса, что впереди его ждет опасность пострашнее той, с которой он справился. И выходит, я был прав.
Баркер в бессильной ярости стукнул себя кулаком по лбу.
- По-вашему, я должен сидеть и терпеть все это? По-вашему, никто на свете не способен одолеть этого дьявола?
- Нет, я этого не говорю, - задумчиво, словно вглядываясь в будущее, ответил Холмс. - Я не говорю, что его невозможно одолеть. Но мне нужно время - дайте мне только время!
Мы немного посидели молча. Он смотрел в одну точку, словно все еще пытался пронзить завесу своим вещим взором.
[1] 7
