Почти сразу же стало ясно, что Адон оглох. Почти все его попытки читать по губам оканчивались провалом, заставляя его паниковать еще больше, но Миднайт успокоила Адона, раскрыв свою ладонь и символ за символом выводя каждое слово указательным пальцем.
Миднайт сразу же поняла, что потеря слуха Адоном каким-то образом связана с взрывом трещины. Адон оказался в самом центре бури, защищенный лишь полуразрушенным вагоном, в то время как она находилась рядом с Эльминстером, который должно быть каким-то образом был защищен от негативного влияния бури.
Когда Миднайт осмотрела Сайрика, она обнаружила, что несмотря на то, что его дыхание стало более равномерным, она не могла привести его в чувство. Так как у чародейки не было никакого желания осматривать рану, нанесенную клинком бандита, она закрыла ее, надеясь на лучшее.
Пока Миднайт заботилась об Адоне и Сайрике, Келемвор отправился на поиски лошадей, которые могли выжить в шторме. Вскоре воин нашел лошадь Миднайт и одного из жеребцов бандитов. Он привел их к Адону. Жрец без лишних слов понял, что нужно делать с животными.
Адон принялся за лошадей, а Келемвор и Миднайт остались сидеть рядом с Сайриком.
— Ты должна вернуть мне долг, — сказал Келемвор.
Миднайт повернулась к нему.
— Что? До Шедоудейла предстоит пройти еще немаленький путь.
— Этого не было в нашем договоре, — тихо произнес Келемвор. — Я обязался сопровождать тебя, пока ты не поговоришь с Эльминстером из Шедоудейла. Ты сделала это.
— Но он даже не пожелал слушать меня! — крикнула чародейка.
— Как и я, — резко произнес Келемвор. — Каждый долг должен быть уплачен.
— Хорошо, — сказала Миднайт. — Мое… настоящее имя…
Келемвор ждал.
— Мое настоящее имя Ариэль Манкс.
Затем раздался стон, и Миднайт и Келемвор обернулись, увидев Адона поддерживающего голову Сайрика.
— Сайрик, — сказала Миднайт, садясь рядом с ним.
Сайрик попытался сесть и закричал от боли, но Миднайт не позволила ему этого сделать и опустила назад. Келемвор наблюдал за всем этим и внутри у него было тревожно.
— Как мы сможем транпортировать его, Кел? Его рана слишком серьезна, — сказала чародейка.
Келемвор огляделся по сторонам.
— Я не знаю…
— Ты же не собираешься бросить его здесь?..
— Конечно нет! — сказал Келемвор. — Но…
— Еще одна награда? — сказала она. — Неужели для тебя совсем ничего не значит то, что мы прошли через все это вместе? Тебе важен хоть кто-нибудь из нас, или тебя волнует только награда?
Келемвор молчал.
— Мне нужна твоя помощь, чтобы доставить Сайрика в Тилвертон и убедиться, что он в порядке и сможет продолжить путь до Шедоудейла. После этого, ты можешь делать все что захочешь. — Миднайт достала мешочек с деньгами, которые она заработала в Отряде Рыси. — Я отдам тебе все свое золото.
Через некоторое время Келемвор поднял голову и заговорил.
— Мы можем сделать деревянную телегу, использовав для этого остатки повозки и наши одеяла. Колеса целы, так что мы сможем тянуть ее вместе с Сайриком за собой.
Миднайт кинула мешочек с золотом Келемвору.
— Возьми его. Я хочу быть уверенной, что ты сдержишь свое обещание.
Келемвор взял золото и побрел по равнине, по которой были разбросаны остатки повозки. Там он нашел единственный уцелевший фонарь и поджег его. Сделав это, Келемвор посмотрел на лицо Миднайт и увидел, что по нему катятся слезы.
В Зентил Кипе по улице, со связанными руками и ногами, тащили преступника. Его тело отскакивало от мощенной мостовой на залитых светом улицах, и его крики разносились далеко по всей округе. Затем искалеченное тело доставили к ногам Бэйна и Черный Повелитель с удивлением обнаружил, что человек все еще цеплялся за жизнь.
Этот человек был Турбалом, капитаном гвардии и хранителем Шедоудейла. Он каким-то образом незамеченным пробрался в город, и затем попытался вступить в ряды Черной Сети под вымышленным именем. Фзул сразу же заинтересовался этим человеком, и хотя он советовал Бэйну снабдить его ложной информацией и позволить вернуться в Шедоудейл, бог не смог стерпеть такой наглости.
Турбал был подвергнут бесконечным допросам, где он заявил, что ничего не знает о планах Бэйна. Черный Повелитель не хотел рисковать, и поэтому приказал протащить этого человека через улицы и затем доставить его в храм, где он должен быть казнен. Приглашения были разосланы всем высшим служителям Бэйна.
Когда пришло время казни, Бэйн сошел со своего трона, чтобы встать над Турбалом, и затем попытался склонить пожилого, полумертвого воина к своим ногам. Взгляд Турбала был дерзок и пронизывал насквозь, и Бэйн предположил, что он таким и останется, даже когда шпион окажется во владениях Повелителя Миркула.
Тронная комната была заполнена верховными служителями и их женами. Они вознесли тост за их темного правителя и выкрикнули его имя. Когтистая рука протянулась вниз к Турбалу. Прежде, чем перчатка Бэйна успел докоснуться до глаз умирающего человека, последовала вспышка бело-голубого света и Турбал исчез. Бэйн замер от неожиданности. Кто-то телепортировал Турбала, вероятно в безопасное место.
Тосты оборвались.
