— Ограбить меня!? — встревоженно сказал человек. — Вы не понимаете. — Он наклонился поближе и запах дешевого вина заставил Миднайт отскочить. — Вы не можете украсть то, что кто-либо уже не пытается уберечь! Берите все что захотите!
Человек вернулся в маленькую прихожую.
— Мне уже все равно, — крикнул он из темной комнаты.
Миднайт посмотрела на других, затем устало прислонилась к стене.
— Возможно нам стоит взять наши вещи, — наконец сказала она. — Мы можем задержаться здесь на некоторое время.
Они перенесли свои вещи к первой свободной комнате, затем Адон взял ключи, лежавшие у прилавка, рядом с пьяным вдрызг хозяином таверны. Комната оказалась довольно уютной и в ней стояло две кровати. Адон устроился на одной из них и принялся менять свою одежду, совершенно не обращая внимания на присутствие чародейки.
За окном все еще шел дождь и от этого в комнате было довольно темно, поэтому Миднайт зажгла небольшую свечку рядом с кроватью. Адон бегло осмотрел Сайрика и затем отправился исследовать город.
Миднайт помогла Сайрику выбраться из его одежды, рассмеявшись, когда заметила, что тот покраснел от смущения.
— Не волнуйся, — сказала Миднайт. — Я — законченный дилетант.
Сайрик вздрогнул.
— У тебя все получается отлично, — сказал он, натягивая на себя одеяло.
— Я буду спать на полу, — наконец произнесла Миднайт. — Мне так удобнее для спины. Ты же должен быть всегда укрытым и в тепле.
Сайрик нахмурился.
— Я уже слишком взрослый, чтобы за мной ухаживали. Ты должна позаботиться о себе, а не обо мне…
Миднайт вытянула рука, показывая ему замолчать.
— Мы должны поставить тебя на ноги, — тихо сказала она. — Ты должен быть сильным, чтобы совершить свое путешествие.
Сайрик выглядел сбитым с толку.
— Какое путешествие?
— Твои поиски лучшего места, — сказала чародейка. — Ты больше не должен сопровождать меня. Путь между Тилвертоном и Шедоудейлом должен быть легким. Я смогу проделать его в одиночку.
Сайрик тряхнул головой и попытался сесть. Миднайт нежно толкнула его назад в кровать.
— В этом нет нужды, — сказал он. — Ты не должна ехать одна.
— Но я не могу просить тебя ехать со мной, Сайрик. Ты нуждаешься в отдыхе, в лечение…
Сайрик уже принял свое решение.
— Здесь должны быть целебные снадобья. Медикаменты, целебные мази. Найди что-нибудь, чтобы вылечить меня, и я останусь с тобой столько, сколько ты будешь нуждаться во мне.
— Я не уйду, пока ты не поправишься, — сказала она.
— Твоя миссия важнее. Ты не можешь ждать.
— Я знаю, — сказала Миднайт. — Но я бы осталась все равно. Кроме всего, ты мой друг.
Впервые за долгое время, Сайрик улыбнулся.
Келемвор брел по опустевшим улицам, в поисках кузницы. Шторм бушевал в самом центре города, и потоки дождя, теперь оранжевые, падали на него. В конечном итоге он набрел на кузнеца, занятого работой и вошел в его мастерскую, спасаясь от усиливающегося дождя.
Кузнец был тучным мужчиной, с комплекцией, похожей на Келемвора. У него были короткие черные волосы, и кожа в некоторых местах была обожженой. Пока воин приближался, кузнец даже не оторвался от работы, чтобы взглянуть на него. Сверкающие металлические подковы, для стоявшей неподалеку лошади, были почти готовы, и он повернулся, чтобы проверить две из них, которые он отложил охлаждаться.
— Прошу прощения, — сказал Келемвор.
Кузнец не обратил на него внимания, взглядом оценивая свою работу. Келемвор прокашлялся, но и это осталось без внимания. Тем не менее, Келемвор замерз и устал, и уж тем более был не в лучшем расположении духа.
Воин снял те части доспеха, куда попали стрелы разбойников и бросил стальные пластины в кузнеца, вышибив раскаленные докрасна инструменты из его рук. Человек наклонился, чтобы поднять их прежде, чем огонь успеет схватить солому под его ногами, и осмотрел доспехи. Затем он перевел взгляд на разорванную плоть на плече воина, из которой все еще торчали куски стрелы.
— Я могу починить это, — сказал кузнец без эмоций. — Но я не могу ничего сделать для твоих ран.
— Разве в Тилвертоне нет целителей? — спросил Келемвор. — Я заметил, что вниз по улице над крышами магазинов возвышается большой храм.
Кузнец отвернулся.
— Храм Гонда.
— Хорошо, я заметил Храм Гонда. Там должны быть жрецы, которые могут…
— Снимай все оставшиеся доспехи, чтобы я мог приступить к работе, — прервал его кузнец. — Затем ты можешь сам отправиться в храм. Я лечу лишь металлы.
Келемвор отдал кузнецу свои доспехи и облачился в одежду, взятую из припасов отряда. Кузнец работал молча, игнорируя все вопросы воина, неважно кричал ли он или был излишне любезен. Когда мастер закончил работу, то отказался брать деньги за труд.
— Это мой долг Гонду, — сказала кузнец, вслед уходящему Келемвору.
Несмотря на ливень, Келемвор с легкостью нашел Храм Гонда. Изредка он встречал прохожих, блуждающих по улицам, но все они были равнодушны к его присутствию, их глаза был пустыми, блуждающими где-то в других местах. Также он обнаружил здесь самое большое скопление кузниц, которое он когда-либо видел, хотя все они в основном были заброшены.
