— Я сама, — медленно по буквам произнесла я, чем несказанно удивила Страгона.
— Уже можете говорить? Думал, до завтра вас не услышу.
Я продолжила держать руку у груди, и он все же протянул мне баночку.
— Наносите тонким слоем, иначе эффект снизится.
Кивнула, чтобы лишний раз не говорить.
— Закончите, оставьте на стуле, — он направился к двери.
— Что с Анорианом? — выпалила я так, что получилось совсем непонятно, но Страгон остановился.
— Не пострадал.
Я не поверила собственным ушам. Но зачем ему врать? Значит, мне одной так досталось… Что ж, хорошо хоть мальчишка здоров.
— Мне нужно на отбор, — медленно у меня определенно получалось разборчивее.
— Невозможно.
Я сидела перед ним не просто голышом, а почти без кожи, прикрываясь лишь собственными руками, и просила.
Он не уходил, смотрел на меня с ожиданием. Стало быть, не все потеряно? Только я не знала, что сказать.
— Наверное, вы хотите извиниться, — подсказал Страгон.
Я молчала, сглатывая подступающую к горлу гордость. Ни за что не буду извиняться! Не стану унижаться еще больше. Хотя, куда уж больше?
Это ведь отбор. Тот самый, из-за которого я выпила чертово зелье! Из-за которого оставила друга и отца. Я поджала губы и выдавила:
— Извините.
Страгон вышел молча, оставив гадать, какая участь меня ждет.
***
Утром я подскочила на столе, как ужаленная, вспомнив, что случилось накануне. Ночной разговор казался сном.
Рядом на стуле сидел не Страгон, а его племянник. Целехонек. Увидев, что я очнулась, он поднялся и смущенно протянул какую-то тряпку.
— Я прикрыл тебя покрывалом, а утром мне дали вот это. Сказали, можно одеть, ранки уже затянулись.
Я опустила глаза. Действительно, укрыта покрывалом. Осторожно заглянула под него. Кожа ровная, бархатистая, словно этой ночи и не было. Но, что удивительно, огонь, раздирающий плоть никуда не делся.
Ла Мает отвернулся, дав мне накинуть на себя принесенный им просторный балахон. Боль сопровождала каждое движение.
— Что случилось? — поинтересовалась я, стараясь не думать о кинжалах, режущих каждый сантиметр.
Голос хриплый, но вполне разборчивый.
— Я не знаю, — демон виновато опустил глаза. — Прости, если бы не Бартамиан, не знаю, что бы они с тобой сделали. Никогда такого не видел.
Я одернула балахон и скинула покрывало.
— Страгон? А он то тут причем?
— Когда они на тебя налетели, я не знал, что делать. А тут он. Не понимаю, откуда узнал, где мы, но появился вовремя.
Я молчала, переваривая информацию.
— Он их как-то отогнал. Не знаю. Еще раз прости.
Выглядел он жалко. Наверное, под стать мне.
— Ты еще успеешь на отбор, если, конечно, хочешь и можешь.
Я резко подняла голову.
— Меня допустили?
Демон просиял, увидев мое воодушевление.
— Да, я вчера сразу же поговорил с дядей. Он хоть и был зол, но согласился. Правда сказал, что ты вряд ли сможешь, боль не позволит, но я возразил, что он тебя не знает.
Я секунду соображала, все ли верно поняла. И не потому, что получила вольную. Нет.
— Вчера? Во сколько?
— Сразу же после случившегося, — демон подошел ближе и погладил меня по волосам. От шока, я даже не шевельнулась. — Знаю, насколько тебе это важно. Просил подлатать до сегодняшнего дня и допустить.
Не могу поверить! Мне хотелось не кричать, а орать! Этот, этот… он заставил меня извиниться, уже зная, что разрешит мне пройти конкурс. А как убеждал, что мое участие невозможно! Подлый интриган! Бессовестный лжец! Демон, одно слово!
Вот теперь на зажившей коже мои алые щеки, наверняка, было видно за версту. Чтоб его!
Я ненавидела его с такой же силой, с какой была благодарна за допуск к отбору. Но завидев на полигоне, первое, что почувствовала — желание придушить. Это, конечно, было невозможно физически из-за разности комплекций, хотя меня так и тянуло попытаться. Как обычно холеный, одет с иголочки, весь идеальный и правильный, словно ночью, язвил и лгал совсем другой человек.
Но все же я пришла соревноваться, а не мстить, так что нужно сосредоточится. Я осторожно обвела взглядом полигон, стараясь не совершать резких движений, потому что все тело, несмотря на здоровый внешний вид, саднило и жгло. Ла Мает привез мне из Лакора спортивный костюм и предупредил, что боль пройдет через пару дней. Так что я стиснула зубы и пыталась не выглядеть инвалидом. До полигона он меня, спасибо, подвез, а уж дальше я поковыляла на своих двоих, морщась и постанывая.
— Я бы сказал тебе не ходить на конкурс, — прощаясь, он взял мою руку. — Но еще при первой встрече, понял, что ты наша на всю голову.
— Чего?
— В смысле, необычная.
— Аа, — я вернула себе ладонь. — Видимо, поэтому и повел к безумным светлячкам.
На самом деле я шутила, но демон слишком серьезно меня воспринял.
— Вив, я не знал, что Древо закрыли из-за этого. Как и все думал, что это всего лишь реконструкция. Надеюсь, ты меня простишь.
— Простила, — чуть было не махнула рукой, но вспомнила про боль. — Все же это была моя мечта. Так что я тоже виновата.
— Главное, никому не слова. Дядя выставил единственное условие, чтобы ты молчала.
— Хорошо. Удивительно, что он вообще согласился.
Ла Мает подвез меня к самому входу.
