Тут мы вышли на отлогость и там, в низине, стояли возницы, еще воины, и около пятнадцати боевых колесниц, на каждой из которых были по четверику белых и дюжих коньков. Все они были обвешаны оружием, утыканы копиями, лезвиями, штыками и прочим. На одной из них, самой превосходной, располагалось знамя с каким-то обезьяним богом, в которую дано было помещаться только Арджуне.
– Все в сборе? – Спросил он.
– Все. – Ответствовали бойцы.
– Колесницы готовы?
– Готовы.
– Прежде всего, слушайте новую команду: все идите сюда, воины, эй, Абианьо, Аджагара, Акрура, где же твой брат Васудева? Путана, Баки, идите сюда, Амбика, Ананта, Ангада, где твой дрот Дэбангада? Где твой лук Антирасо, Анджана? И стрела Андхоко, Виндхья? Слушайте все, Кундина, Кута, Матанга, где царь нишадов, Нала? Где воин Раваны, Пишача? А Хидимба, а где Чарудешна, сын моего друга Кришны? Ну все, все идите сюда, вот, знакомьтесь, наш новый стрелок – Иван Андреевич. Дайте же ему оружие, нет, шатагхни не надо, таласкандру тоже, дайте ему лук Яду, что предок Кришны, нет, не Самбо, а Яду, повторяю, лук Агмонитьо, вот, держи Иван Андреевич, повелитель брегета.
Тут мне дали искусный лук и колчан стрел, которые я кое-как надел на себя и тут же пришел в полнейший задор.
– Итак, все ли в порядке? – Вопрошал Арджуна у всего отряда.
– Нет. – Отвечал один его приближенный, по имени Акрура, у которого оба глаза смотрели в разные стороны.
– Почему же?
– Мы проигрываем.
– И какова же причина этому?
– Причина здесь вот какая: во-первых пал насмерть наш славный царь, Юдхиштхир, и теперь все управление боем взял на себя Кратха.
– Этого не может быть… – С ужасом говорил Арджуна.
– Увы, мой друг, все мы смертны. – Отвечал приближенный.
– Да нет же, кто этому нечестивцу дал право вести бой? Да ведь я же его знаю, да ведь у него брат Дурьодхана, да ведь это же сын Дхритараштры, да у них же там вся семейка бесчестных. Что еще?
– Много чего еще: нас окружили, они перешли через реку Огхавати и настигли нас своей конницей, многие славные ракшасы сложили головы, так, как будто самый зловещий бог смерти Яма помогал им. Все вражеские командующие двинули пехоту чрез дебри, Бхишмапарва, Дронапарва, Карнапарва, Шальяпарва, все они атакуют нас с запада. Судакшина, царь Камбоджи предал нас, царь ангов пал; Шрутаюс, царь Калинги перебил всех наших копейщиков, а с ним и Ромапада, да Шишипула, царь чедиев, да тригартовский Шашуварман также, будто сам Шива, бог разрушения, помогает им. Также все наши обезьяны пали в бою, их просто рассекли бивнями кауравские слоны, и даже твою собственную, друг.
– Что же за горе посетило нас? – Вопрошал мудрый Кришна.
– Кришна, мы должны сказать тебе, что и твоя жена, Рукмини, покончила с собой.
Лютый червь отравления постиг разум Кришны, и он, находясь в своем горе, схватился руками за голову и тут же упал без памяти, содрогаясь от слез и истерики.
– Ну вот еще, в такой час потерять Возницу, о нет! – Негодовал Арджуна, но тут же, не растерявшись, он решил дело так: – Иван Андреевич, готовь лук и стрелы, я буду править конем, всем по колесницам! Колона, стройся шакатой, ударим по ним с фланга, Кундина, поезжай позади меня, да где же Васудева? Все, пошел, пошел!
Переполох и суматоха началась в строю. Все мы быстро пересели в колесницы и выехали на поле битвы, я же стоял и глазел на все с необычайным азартом. Дух мой захватило при виде вражеских сил, и я, будучи стоявшим на одной колеснице с Арджуной, не без иронии и страха созерцал сценарий великой Махабхараты. Сердце мое сжалось и мы понеслись по окровавленному полю, усеянному трупами и секанули затемвражеский фланг, так, что даже кровь брызнула по всем сторонам. Лязг и скрежет металла, шум и грохот доспехов, оружия и топот слонов, крики людей, обезьян и ржание коней, все это повергало любого из небывалых в полнейшую робость.
Первое время я даже и не знал что делать, несколько раз меня чуть было не пронзило дротом, затем мы врезались в отряд пехотинцев и смяли их строй. Арджуна рубил мечом, а я же тем временем натягивал тетиву со стрелой, чей наконечник был в виде полумесяца.
– Давай Иван Андреевич, рази вон по тому слону! – Кричал Арджуна, указывая рукой на гиганта, топчущего наших ракшасов. Еще чуть чуть и меня бы изрубили клинком, да только я увернулся и, покамест колесница набирала скорость и двигалась по прямой к слону, я натянул тетиву, нацелился и спустил стрелу с пальца. Полумесяц рассек воздух и стрела со свистом впилась в горло слону, который тут же рухнул с непостижимым шумом, задавив несколько индусов из вражеского лагеря.
– Всем держаться вместе, – кричал Арджуна на весь наш маленький отрядец, который уже начало сминать немилосердно, – Амбико, прикрой Атирасо, Кундина, вали его со слона, а где же Равана, и другой Амерамана, и Аберабана, и Абергарбграна? Укрывайтесь от дротиков, смотрите же, стрелы летят, вон ту стрелу зовут Бунгжура, а выстрелил ею Аментра, брат Аганетра, отрасль Анетроментра. Все сюда, назад, да куда же пропал Вирсуаньо? Берегись, слоны атакуют.
