Это сообщение привлекло всеобщее внимание. Даже Катя подняла глаза от тарелки и удивленно поглядела на гувернантку. Сашура тут же закричал, что тоже хочет на яхту, Стас осведомился, какая именно яхта у приятеля ее дочери, и Виолетта только улыбнулась в ответ - думаете, я разбираюсь в яхтах? Но больше всех новостью заинтересовалась Тина.
– Вы так редко рассказываете о своей дочери, Летта. Какая она?
– Для меня самая красивая, - отвечала воспитательница.
– А чем она занимается?
– Аня закончила иняз.
– Какой язык?
– Итальянский. Сашенька, не кроши, пожалуйста, хлеб. Кушай как следует.
– И где работает?
– В настоящий момент нигде. Муж настоял, чтобы ушла с работы.
Стас хмыкнул, но промолчал, Тина возмутилась:
– Что за деспоты эти мужчины!
– Знаете, Тина, в отличие от вас Анна нисколько от этого не страдает, - сказала Виолетта. - Она прекрасная хозяйка, великолепно готовит… В дом приятно войти - всегда чистота, порядок, уют. У меня так не получалось! Мы и решили - я буду работать, она заниматься хозяйством.
– А кто ее муж? - Поспешила переменить тему Тина.
– Муж ее ученый, микробиолог. Очень талантливый, но, к сожалению, пьющий. Это была настоящая трагедия! Анечка очень хотела ребенка, она так любит детей, но… Словом, им пришлось разойтись. Бедная девочка, она так переживала, целый год не могла прийти в себя! А сейчас в нее влюбился бизнесмен.
– Владелец яхты? - уточнила Тина.
– Ну да. У него свой… забыла, как называется, слово еще такое смешное, похоже на холодильник.
– Холдинг? - Стас прислушивался к разговору.
– Да-да! Там и торговая компания, и рекламное агентство, и все на свете…
– А как называется?
– Понятия не имею. Я, знаете ли, даже фамилии его не знаю - Сережа и Сережа. Но завтра обязательно спрошу - если, конечно, вы меня отпустите.
– Разумеется отпустим! - заверила ее Тина. - Во сколько вы собираетесь поехать?
– С вашего позволения, я отправилась бы рано утром и вернулась после обеда. Сашура, мы с тобой уже много раз говорили - нож надо держать в правой руке, а вилку в левой. Вот так, возьми в другую ручку.
– Попросить водителя отвезти вас прямо на пикник?
– Нет, что вы, это слишком! Да и ни к чему! Сережа заберет нас с Анной прямо из дома.
– А обратно? Вас встретить?
– Спасибо, не нужно. Анна меня привезет. Ей, кстати, давно хочется познакомиться с вашим семейством.
– Конечно, будем рады ее видеть, правда, Стас?
– Ты и не представляешь, как он обрадуется! - захихикала сидевшая на краю диванчика Старуха.
Неугомонный Витек болтал всю дорогу, что было весьма некстати. В машине Виолетта планировала еще раз все обдумать и уточнить, проговорить со Старухой мельчайшие подробности первого появления Анны в этом доме, чтобы ничего не упустить и добиться максимального эффекта, а вместо этого вынуждена была слушать анекдоты и байки из прошлой милицейской жизни охранника. Она вежливо улыбалась, поглядывая то на сидящую рядом хмурую Старуху, то в окно на такое же хмурое свинцовое небо, однако в душе у нее все клокотало. Уже к Калужской она возненавидела болтливого водителя лютой ненавистью, и вид родного дома, наконец-то показавшегося вдали, обрадовал ее как никогда.
Виолетта ураганом влетела в квартиру (Старуха еле поспевала за ней) и, едва сбросив в прихожей туфли, вбежала в комнату Анны. Так и есть, дочь еще сладко спала, лежа на спине и приоткрыв рот.
– Подъем, подъем! Кто спит, того убьем! - пропела Виолетта, с шумом раздвинув шторы. Открывшийся вид отнюдь не радовал - тучи сгустились, и с минуты на минуту мог полить дождь.
– Мама? - Анна открыла глаза, с недоумением таращилась на Виолетту. - Тебя что, уволили?
– Анька, проснись сию же минуту! Опять до рассвета в Интернете торчала? Уже забыла, о чем мы вчера говорили?
– О чем? Сколько времени? Ну чего ты шумишь, я спать хочу…
– Не ной! Быстрее поднимайся. Сегодня у тебя очень важный день, можно сказать, первый выход на сцену.
– Ма-а, но ведь еще так рано… - Анна села в постели. Выглядела она просто ужасно.
– А потом будет поздно! Вставай! - Виолетта решительно стянула с дочери одеяло. - Надо придать тебе товарный вид, а то смотреть страшно.
– Да встаю, встаю! - Дочь нехотя спустила с кровати подернутые легким пушком незагорелые ноги. Виолетта поморщилась. Стоило ей уехать - и девчонка тут же перестала заниматься собой, забыла не только о солярии, но даже о бритве.
– Анька, ну как же тебе не стыдно! Совсем не следишь за собой, дрянь ты этакая! - Виолетта задрала коротенькую футболку дочери и звонко шлепнула ее по заднице. - Я с ног сбилась, жизнь твою устраиваю, такого жениха тебе нашла, а ты вон как себя запустила! Такую матрешку не то что миллионер - последний бомж замуж не возьмет!
– Ну ладно тебе, ма, у нас же еще есть время, - заканючила дочь. - Ты меня накрасишь, причешешь…
– Конечно, куда я денусь! Только, бога ради, перестань скулить! Ты должна быть соблазнительной, милой и женственной! И чуть-чуть загадочной.
– Да помню я все, помню…
– И на том спасибо! Давай поднимайся, я тут посижу. Где моя пепельница?
– Ну вон же она, на полке.
