Наконец Джун решила, что больше валяться смысла нет. Она встала, умылась и оделась, всё время думая о том, что делать дальше, и после этого решила пойти изучить зеркало поближе, вооружившись свечкой. На этот раз там не должно оказаться злобных диких кошек, которые будут грозиться откусить ей руку, стоит ей хотя бы подумать о том, чтобы прикоснуться к зеркалу. Мороженка вела дозор, посапывая под дверью каморки для швабр, но тут же вскочила и пропустила девушку внутрь, не отрывая от неё пристального взгляда.
– Доброе утро, месье Зеркало! – учтиво поздоровалась она, расставляя зажжённые свечи на полках чулана, чтобы иметь хотя бы немного больше света. – Позвольте взглянуть на вас поближе.
Для начала она решила попробовать, сумеет ли его поднять. Если вынести его в какую-нибудь другую комнату, да хотя бы даже коридор, изучать всё явно станет проще. Однако как оказалось, она не может его сдвинуть ни на миллиметр. Зеркало было слегка прислонено к стене, но она не сумела его даже приподнять, причём почему-то ей казалось, что это было связано не с его весом. Даже будь зеркало очень тяжёлым, она бы наверняка смогла хотя бы как-то на него воздействовать. Но оно как будто было накрепко приклеено к месту.
– Месье Зеркало, скажите-ка на милость, вот вы же в каком-то роде зачарованное, да?
– То есть с вас должно быть можно снять какие-то чары, так?
–
– Ага… – Джун задумалась, пытаясь мысленно собрать всё, что ей было известно. Что там зеркало сказало ей в первую их беседу? Что-то про то, что кого-то где-то заперли?
– Месье Зеркало. Послушайте меня, пожалуйста. Я ничего не смыслю в магии. Да, возможно, я не лучшая кандидатура, чтобы поселиться в старом доме колдуна, но тут уж что имеем. Но в этом самом доме есть целая куча книжек по магии, в которых я могу найти нужные чары. Однако почти все они слишком сложны для меня, потому что я не колдунья. Я могу более-менее уверенно орудовать только самыми простыми базовыми чарами, и то очень осторожно и с опорой на книги. И вот мне нужно как-то вас расколдовать. Я не знаю, что произошло и какие чары на вас лежат, чтобы их снять, но я подозреваю, что наверняка это что-то очень сложное. И я очень боюсь напортачить и сделать только хуже. Поэтому я хочу спросить, если вы вдруг что-нибудь об этом знаете: могу ли я навредить вам своими попытками снять чары? О, вам или себе, или этой замечательной белой вредине? Или что бы я ни делала, хуже не будет?
На некоторое время повисла тишина. Джун не была уверена, что зеркало раздумывает над ответом, и уже почти успела испугаться, что наговорила слишком много, когда наконец раздался тихий натруженный шелестящий шёпот.
Нельзя сказать, чтобы этот ответ сильно ей помог. На самом деле, он звучал скорее пессимистично, как что-то, что может сказать человек, которому уже жизнь не мила. Возможно, дело было в интонации бестелесного голоса, похожего на шелест ветра, умирающего в кронах деревьев.
– Хорошо. Я вас поняла. Наверное… Скоро вернусь.
Джун отправилась в спальню, где на тумбочке лежала начатая ею накануне книга про обращение с магическими предметами. Это было неплохим стартом. Она быстро нашла место, на котором остановилась, перечитала его, и вдруг ей в голову пришла одна заманчивая мысль, так что она захлопнула книгу.
Вернулась в тайную комнату она, волоча за собой стул. Мороженка тут же вздыбилась и преградила ей дорогу к зеркалу, но Джун сгребла её и выставила за дверь, что оказалось непросто, потому что со стулом в маленькой комнатушке стало совсем невозможно развернуться.
– Месье Зеркало, я хочу попробовать самый простой метод снятия заклятий. Надеюсь, это вас не убьёт, но на всякий случай, простите меня.
И с этими словами, она с размаху саданула стулом о зеркало, из которого, кажется, раздался тихий взволнованный ропот. Ей пришлось отвернуться, чтобы осколки не попали в лицо, но её чуть не оглушило звуком разбитого стекла. Она повернулась, чтобы оценить свою работу, не вполне уверенная, чего ей следует ожидать.
