Лицо Мэттью было суровым, будто он находился в глубокой задумчивости, в то время как его руки рылись в узле, который он уронил на землю. Пока он копался там, винтовки продолжали грохотать. В конце концов он нашёл, что искал, вытащив маленькую деревянную шкатулку. Он поднял крышку, пробормотал что-то, и подбросил в воздух камни.
К полнейшему удивлению Керэн, они не упали обратно, а полетели вовне, окружив её и Мэттью, и зависнув в воздухе вокруг них. Лицо Мэттью расслабилось, а затем он встал на ноги, опираясь на свой посох. Он уставился на неё с выражением озабоченности на лице, а затем поднял посох, направляя его горизонтально, будто копьё держал.
Ослепляющий луч света сорвался с кончика, пока он медленно поворачивался, меняя при этом высоту посоха, чтобы тот оставался направленным на цели. По мере его поворота звук стрельбы стал стихать, а когда он завершил круг, звук полностью прекратился. На секунду луч потух, после чего Мэттью направил посох в небо, и луч снова появился. Висевший вверху беспилотник взорвался, и пылающие обломки упали дождём где-то в двадцати футах от их лагеря.
Керэн попыталась встать, но её левая рука не работала как надо, и боль пронзила её грудь и плечо, когда она пошевелилась. Она осознала, что её подстрелили.
Мэттью встал рядом с ней, и его лицо выглядело невероятно отстранённым. Указывая своим посохом на землю, он начал чертить какой-то узор.
Она захрипела, пытаясь говорить. «Помоги мне», — мысленно закричала она. Голос её не работал как надо, и она боялась, что умирает. На миг молодой человек посмотрел ей в глаза, а затем отвёл взгляд, и сосредоточился на своих действиях.
Ему было плевать. Она точно умрёт.
Застрекотал пулемёт, и Мэттью был ненадолго остановиться, чтобы разобраться с новой угрозой. Яркая вспышка огня и дым заполнили обзор Керэн сбоку, когда рядом с ними что-то взорвалось. Что странно, их самих ничего не коснулось, и она даже не почувствовала шок или давление от ударной волны.
Он уничтожил явившихся солдат, проведя посохом, а затем молодой человек вернулся к тому, что он чертил на земле.
«Это безумие». Керэн попыталась встать, но её тело отказывалось сотрудничать. Её ноги вроде были в порядке, но всё, что вовлекало в себя её торс, отзывалось в ней дрожью агонии. «Я умру, лёжа на земле, пока он стоит, изображая из себя цель». Жизнь просто была нечестной.
Шли минуты, пока Мэттью продолжал работать над своим рисунком, а Керэн истекала кровью. Ещё дважды его работа прерывалась свежими солдатами, но каждый раз он бесстрастно уничтожал их, прежде чем вернуться к своим делам.
Веки у неё глаз потяжелели, и тело Керэн стало казаться тяжёлым. Что-то двигалось рядом, и она обнаружила, что закрыла глаза. Посмотрев вверх, она увидела, что Мэттью снова поднимает свой узел, прежде чем шагнуть в какой-то круг, который он начертил на земле. У неё создалось ощущение, что он снова покидает её.
«Не обращай на меня внимания, я буду в порядке», — иронично подумала она. Затем она ощутила, как что-то двинулось под ней, и её тело поднялось в воздух.
Он наблюдал, как она плыла к нему. Мэттью сделал жест рукой, и висевшие вокруг них камни снова слетелись вместе, уложившись в деревянную шкатулку, которую он держал в правой руке. Удерживая свой посох на сгибе локтя той же руки, что держала узел, он потянулся, и запустил правую руку под Керэн, держа её на руке так, будто она была младенцем, а не взрослой женщиной.
А затем мир изменился, выкрутив её ощущения, и заставив её желудок кувыркнуться. Свет костра исчез, и лишь луна и звёзды освещали окружавшую их местность. Поглядев по сторонам, Керэн увидела, что Мэттью стоял на каком-то большом валуне.
Он уронил тряпичный свёрток, и встал на колени, мягко опуская её на камень. Когда он её опускал, её тело сдвинулось, и её пронзила свежая волна боли. С её губ сорвался тихий вскрик, а потом мир почернел.
Мэттью опустился на колени рядом с бессознательным телом Керэн. Его спина громко возмущалась. Чем бы враг в них ни был в начале, оно колотило по его плечам и середине спины подобно трём или четырём кузнецам, колошматившим его своими молотами. Броня удержала удары, но надетая под неё стёганка была совершенно недостаточной, чтобы спасти его от того, что казалось ему самыми жуткими синяками за всю его жизнь.
«Если бы я не надел броню, чтобы уменьшить размер свёртка, то сейчас был бы мёртв». Эта мысль вызвала свежий прилив адреналина. Наверное, он уже успел испытать его один раз, но тогда всё случилось так быстро, что он не заметил — он был сосредоточен исключительно на том, что нужно было для избавления от опасности.
Враг был причудливым — он имел форму людей, но сделан был полностью из металла. Он мог лишь представить, что они были какого-то рода искусственным конструктом, приводимым в действие той магией, которую использовали волшебники этого мира.
