— Ты что серьезно? Ты вообще соображаешь, что делаешь? Ты отдаешь меня ей, вот так, без борьбы? Я что, для тебя была всего лишь экспериментом, который при желании можно повторить на другом подопытном? Эта холодная рыбина права? — Ее голос сорвался на хрип.
— Девочка, ну ты же это не серьезно! Ты так и не поняла, что у Создателей нет чувств?! Этим они и славятся на всю Вселенную, а также отличаются от Творцов. Ты сделала ставку и проиграла. — Изабель рассмеялась. Диана, не обращая на нее внимания, подошла к Холту и заглянула ему в глаза.
— Ответь мне!
Холт отвел взгляд.
— Ты предала мое доверие, когда без спросу отправилась в Отражение. И я знаю, что ты врешь мне сейчас. Скажи, кто пытался изменить реальность.
— Я не знаю, о чем ты говоришь. Но то, что ты отдаешь меня ей на растерзание, называется предательством. Я тебе этого не прощу. Если, конечно, у меня останется хоть капля мозгов после разговора с этой дамочкой. — Диана повернулась к Творцу. — Я так понимаю, что бежать смысла нет?
— Умненькая девочка и такая врунишка. Нехорошо. — Изабель подошла к ней и больно вцепилась в подбородок, поднимая и держа на вытянутой руке над бассейном. — Смотри мне в глаза. Чем больше сопротивляешься, тем хуже тебе будет в итоге.
Диана смотрела на нее и понимала, что спасения не будет. О предательстве Холта даже не хотелось думать. Она сконцентрировалась и нырнула в глубины собственного сознания. Замок в ее голове поражал хрупкостью и запутанностью внутренних помещений. Диана создала несколько двойников, отдавая им часть себя, а сама рванула к потайной комнате, надеясь укрыть там хотя бы часть той личности, которой была столько лет. Пусть читают воспоминания и чувства, ей все равно. Ничего они там не найдут. Откуда была такая уверенность, Диана не знала. Значит, надо создать видимость сопротивления, выигрывая время, и спрятать себя, пока эта стерва не вылезет из ее головы. Дикая боль разрывала мозг на части, не давая сконцентрироваться толком. Закрыв в башне основную часть, Миледи рванула прочь по коридору, уворачиваясь от ослепительного света, догонявшего ее. Но не успела и рассыпалась в прах.
— Хватит! — Холт схватил Изабель за руки и оторвал от Дианы. От неожиданности та выпустила девушку, которая на секунду замерла в воздухе и упала в воду.
— Как ты посмел прервать меня! — Творец в ярости попыталась откинуть от себя Создателя, но в результате смогла только отцепить от себя его руки.
— Ты узнала все, что хотела. Она ничего не знала! Зачем надо было разрушать там все так сильно? Она ведь даже толком не сопротивлялась!
— А тебя теперь замучают угрызения совести? Ну-ну. Создатель с душой это что-то новенькое!
— Как и Творец без души. — Сказал Холт. Изабель размахнулась и влепила ему пощечину.
— Ты предал ее, когда ей нужна была твоя защита, глупец. Ты срубил ветку, на которой сидел. Ты видел ее воспоминания и чувства. Она считала тебя своим отцом, а теперь ее практически не осталось, так, мелкие крохи.
Холт из последних сил держал себя в теле человека. Эмоции перехлестывали через край. Раскаяние, гнев, любовь. Он НИКОГДАне испытывал ничего даже близко похожего на то, что происходило с ним сейчас. Наконец-то, он почувствовал по настоящему. Только слишком поздно, как и было предсказано.
— Теперь ты можешь оставить ее в покое?
— Теперь да. Даже больше того! Если она когда-нибудь придет в себя настолько, чтобы осознавать происходящее, и простит тебя за то, что ты позволил мне с ней сделать, в чем сам участвовал! Диана обретет свободу от меня и будет сама по себе, как я или ты. В конце концов, мы оба ошиблись, девочка действительно не сделала ничего плохого.
— Легко быть щедрой, зная, что уничтожила ее личность, и она тебе никогда не ответит! — Холт нырнул в бассейн и одним движением вернул жизнь в мокрое, порезанное мелкими осколками стекла, тело. Девушка бессмысленно смотрела в небо.
— Надеюсь, мы больше не увидимся, Создатель. — Изабель эффектно развернулась и испарилась.
Доминик сидел на кровати и смотрел на Диану. Прошло уже две недели после того страшного дня, а изменений не было. Она одевалась, ходила, ела, спала. Как робот, без единой мысли в глазах. Когда он прибежал домой в тот день, чувствуя, что Диане очень плохо, то увидел, что панорамное стекло разбито вдребезги, бассейн полон мутной воды, как позже выяснилось, из-за крови, а в своей спальне он нашел Холта, который бережно заворачивал Диану в одеяло. На все вопросы тот угрюмо отмалчивался, но Доминик понял все сам.
