— Не двигайся, — приказала я. — Я достану их. Давай держать жидкость в одном месте.
— Нижний ящик. — Указал он. — Полотенца для посуды.
Я вытащила два и передала ему. Он начал вытирать волосы.
— Позволь мне взять твою куртку.
— Всё в порядке, я об этом позабочусь.
— Просто передай её мне. — Он снял куртку и я повесила её на крючок, бросив под неё ещё пару полотенец, чтобы впитать капли.
Мы взяли бумажные полотенца, чтобы вытереть его обувь. Пока он сидел и выполнял эту работу, я с помощью ещё нескольких полотенец вытерла пол.
— Ты не слишком хорош в предсказании будущего, не так ли?
— Почему ты так говоришь? — Он уставился на меня.
— А где же тогда твой зонтик?
— А, это. — Он выдавил улыбку. — Наверное, мне никогда не стать предсказателем погоды. Куда мы отправимся сегодня?
Не было похоже на то, что сегодня я буду общаться с тем же парнем, что и в прошлый раз. Этим вечером Джексон снова стал замкнутым и слегка неуютным. Может быть, он чувствовал себя виноватым за то, что не предупредил меня о тенях. А может быть он и должен себя так чувствовать. Хотя что он мог сказать такого, во что я бы с легкостью поверила?
— Я бы хотела вернуться на третий этаж, — ответила я. — Я хочу рассмотреть книги на застекленной полке.
— Третий этаж? Ты уверена?
— Я не собираюсь в большую комнату. И ты ведь не оставишь меня одну. Правильно?
— Правильно.
— Тогда на том и порешили, — сказала я, пожимая плечами. — Пошли.
В маленькой комнате с полками не было электрического света — для лампочки на рабочем столе требовалось масло. Джексон поднял её.
— Похоже на то, что в ней ещё есть какая-то плещущаяся жидкость. Попробуем её зажечь?
Пока я светила ему фонариком, он снял шар и стеклянную трубку и поднес зажигалку к оголенному фитилю. Он загорелся ровным золотистым светом, при этом не чувствовалось запаха керосина. У меня было смутное представление о том, что для ламп в девятнадцатом веке использовался настоящий китовый жир, и я подумала, не сжигаем ли мы последние капли Моби Дика.
Джексон, поместив обратно трубку и накрыв пламя, поставил лампу на стол. Она теплым светом освещала рабочую поверхность, не выходя за её пределы. У меня появилось чувство, что я шагнула в прошлое. Чувство, к которому я начинала привыкать.
Я сидела на полу перед открытым кабинетом, так что Джексон оседлал стул. Как оказалось, на «книжных» полках хранили не столько книги, сколько кипу старых тетрадей в кожаных обложках. Страницы были заполнены одним и тем же элегантным почерком.
— Похоже, всё это дневники, — сказал Джексон.
На обложке той, которую я держала в своих руках, были отштампованы числа: 1850–60. Я вытащила с полки ещё одну. Там была дата 1900–10. На следующей: 1770–80.
— Двести пятьдесят лет записей? Один человек? — вырвалось у меня. — Знаешь, кому они могли принадлежать? Мне кажется это записи моей прабабушки Фионы. Её книга про Дом Эмбер. Она, должно быть, писала её сидя за этим столом. — Я прошлась рукой по поверхности стола, представив, как она сидит здесь месяц за месяцем, заполняет аккуратным почерком все эти тетради. Было сложно соотнести её с любящей вечеринки девушкой, которую описала пожилая леди на похоронах.
— Я хочу просмотреть несколько, — сказала я. — Может быть, в них есть какой-нибудь ключ к поиску алмазов. — Я стянула с полок ещё несколько тетрадей по порядку и сложила их в стопку. — Ладно, — проговорила я. — Думаю, что мы можем уходить отсюда.
Я встала и направилась к двери, но он поймал меня за локоть.
— Погоди секунду. — Он подошел к заднему углу комнаты. — Здесь есть ручка. — Его пальцы нашли и пробежались по очертаниям двери, скрытой в обшивке. — Что скажешь? Откроем её?
Я хотела сказать ему «нет». У меня возникало чувство подозрительности к тому, что могло скрываться за закрытыми дверьми Дома Эмбер. Но вместо этого я сказала:
— Дерзай.
Дверь открылась в единую полость, которая должно быть охватывала всё западное крыло дома. Стена между основной частью дома и этой мансардой всё ещё была обита обшивкой от старого дома — никто так и не удосужился придать этому помещению приличный вид.
Джексон взял масляную лампу Фионы на чердак и я последовала за ним.
Мансардные окна выступали из косого, голого деревянного потолка, а кирпичная кладка от двух труб виднелась с двух концов комнаты. На открытом пространстве стояли коробки.
— Всё ещё в игре? — спросил он меня.
— Ты думаешь, что в одной из них мы найдем алмазы Капитана?
— Нет, — ответил он, — но здесь могут быть какие-нибудь другие сокровища. — Тебе не интересно, что там?
Я уже начала отрицательно качать головой, но против воли у меня вырвалось: «Ладно, мне интересно».
Джексон отряхнул от пыли старый стул с просевшим сидением и поставил лампу Фионы на поврежденный водой стол, предложил мне сесть и начал переставлять ко мне коробки для инспекции.
