— Сегодня вечером я опять буду нужен во дворце, и на следующей неделе, но как только я закончу со своими обязанностями принца, я приглашу тебя на свидание.
Он отступает на шаг.
— И я хочу, чтобы ты надела своё новое платье.
Интересно, Антони уже здесь? И если это так, то рассказала ли ему обо всём Джиа?
— Фэллон?
Я стараюсь подавить чувство вины широкой улыбкой, потому что мне суждено занять трон, а не рыбацкую лодку, и Данте предназначен мне, а не заграничной принцессе.
— Просто скажи мне, когда, и я буду готова.
Губы Данте приподнимаются.
— Буду считать часы до того мгновения, когда мы снова увидимся. Минуты. Секунды.
Моё сердце начинает колотиться в груди, когда он удаляется, подмигнув мне, и я начинаю чувствовать себя очень коварной. Я прокручиваю в голове то, что произошло, и то, что мне предстоит сделать: пережить ужасный разговор с Антони. Я решаю говорить честно и прямо. Он же не может обвинить меня в чувствах к Данте?
К тому же я не давала ему никаких обещаний.
Прокручивая всевозможные варианты в голове, я, наконец, возвращаюсь в обеденный зал.
«Время пришло».
Слова Бронвен снова звенят у меня в голове, ускоряя мой и без того бешеный пульс.
Если он пригласит меня во дворец на свидание, и я найду там статую птицы…
Мысль о том, что кто-то может управлять моей судьбой, кажется мне скорее устрашающей, нежели успокаивающей. Особенно учитывая тот факт, что фейри не обладают способностью предсказывать будущее, а у людей нет магических способностей.
Так кто же тогда, чёрт побери, Бронвен?
ГЛАВА 15
— Хорошо вчера повеселилась, Берил?
Лорд, тарелку которого я мою, гладит упругий зад Берил, после чего подталкивает её к себе на колени.
— Как и все, синьор Аристайд.
Она так привыкла к флирту, что её широкая улыбка выглядит искренней.
У этого мужчины нехорошая репутация, но он щедро платит, так что никто не жалуется.
— Ты же не собираешься пойти по стопам Катрионы и повысить цены только потому, что переспала с членом королевской семьи?
Я медленно составляю грязные керамические тарелки. И прежде чем успеваю подумать и скрыть то, что я их подслушиваю, я выдаю:
— Ты тоже обслуживала короля Марко?
Аристайд переводит на меня взгляд.
— Эта красавица уединялась с принцем.
Столовые приборы, которые я собираю, с грохотом падают на тарелку. Данте упоминал о том, что он переживал обо мне. Интересно, в какой именно момент? Когда спал с Берил или когда развлекал свою принцессу?
Лорд ухмыляется.
— Сдается мне, что наша официантка ревнует.
Я мысленно протыкаю его. Вилкой. В щёку.
Она щёлкает его по длинному носу.
— Оставь её в покое Аристайд.
Когда он погружает своё лицо в её грудь, срывая смешок с её тёмно-розовых губ, она смотрит на меня и одними губами произносит: «Извини».
За что? За то, что она переспала с Данте, или за похабное поведение Аристайда?
— Наслаждаетесь представлением, синьорина Росси? — голос лорда звучит приглушенно, так как его рот прижат к намасленной коже.
Я выхожу из ступора и удаляюсь, пока он не разбил остатки моей гордости на ещё большее количество кусочков. Печаль полностью поглощает меня, и мои глаза начинают так сильно слезиться, что я стараюсь смотреть только в пол. Я так сосредоточенна на том, чтобы сдержать слёзы, что почти врезаюсь в посетителя, который заходит в таверну.
Конечно же, это Антони.
Он поддерживает меня с такой нежностью, что мне хочется уцепиться за его руку и утащить его из таверны. Я хочу закрыться от всего мира и потеряться в нём. Чувство вины с новой силой накатывает на меня, потому что если я использую его таким образом, это сделает меня не лучше всех тех, кто присутствует в этом помещении.
Маттиа и Риккио входят следом за Антони и приветствуют меня, но я слишком напряжена, чтобы ответить им. Тяжело сглотнув, я указываю им на три свободных места у барной стойки и возвращаюсь на кухню со стопкой грязных тарелок.
Вместо того чтобы сразу же вернуться назад, я остаюсь на кухне. Мне нужна ещё минутка.
Или десять.
Мне надо взять себя в руки и разобраться со своими мыслями.
Родители Сибиллы работают в паре, они накладывают еду на тарелки и помешивают воду в горшках. Они танцуют вокруг в идеальном тандеме. Проведя двести лет в браке, они идеально притёрлись друг к другу.
Это зрелище завораживает, и прежде чем я успеваю это понять, узлы напряжения в моём животе расплетаются.
Марчелло приподнимет свою густую бровь.
— Всё в порядке, Фэллон?
И хотя он может отращивать волосы до плеч, я никогда не видела, чтобы он носил какую-то другую причёску кроме коротко стриженых волос. В отличие от Дефне, которая всё время экспериментирует с длиной и образами.
— Всё отлично. Могу я здесь чем-то помочь?
Марчелло и Дефне обмениваются взглядами, потому что обычно я стараюсь держаться подальше от кухни, так как мне не нравится смотреть на то, как ощипывают голубей или отбивают мясо. Один только запах крови заставляет мои внутренности сжиматься.
— В этом нет необходимости, дорогая. Мы со всем справимся.
Дефне улыбается мне, её белые зубы резко контрастируют с её коричневой кожей, которая на несколько тонов темнее, чем у её мужа.
