Прозрачный дом из стекла, просматриваемый насквозь со всех сторон соседями и прохожими. Идеальная жизнь четы Малфоев, как на ладони. Но правда ли все так безоблачно? Что если в доме есть подвал: темный и звуконепроницаемый. И по ночам по нему разносятся истошные крики, эхом отлетая от бетонной кладки.
Очередной стакан огневиски в руке Малфоя ловил гранями закатные лучи солнца. И золотистый напиток на дне горел огнем, переливаясь всеми оттенками янтаря. Чертов сосуд был таким же кристально прозрачным, как и тонкие стены его стеклянного дома.
Точнее, тюрьмы.
Лицемерная светлая сторона на поверку оказалась более прогнившей, чем темная. Если Лорд Волан-де-Морт не скрывал своей мразотной натуры, то святоши из Ордена во главе с вездесущим Поттером мнили себя героями. Спасителями мира. Защитниками угнетенных. Они кичились своим милосердием и тыкали в нос навязчивой справедливостью.
Во имя треклятого добра свершались гнусные поступки, прикрытые мнимой добродетелью.
«Благими намерениями вымощена дорога в ад».
Драко подтверждал эту истину, заключенный доброжелателями в прозрачный дом из стекла.
Двухэтажное квадратное здание на металлическом каркасе, напоминающее гигантский аквариум. Бывшего Пожирателя поместили сюда как опасную ядовитую гадюку. Он оценил иронию. Слизеринская змея была изолирована от общества в свой персональный террариум.
Малфой жаждал знать, чья это блестящая идея.
Грязнокровки Грейнджер или святоши Поттера? А может, недоноска Уизли?
Нет, у тупого тролля бы мозгов не хватило.
В своих мыслях Драко ясно видел, как звездное трио продумывает план его заточения. Как ублюдки смеются, обсуждая его унижение.
И они своего добились.
Выиграли в войне физически. А в итоге победили и духовно.
Он был раздавлен и деморализован. Впал в уныние.
Потерял себя.
Иной раз Малфою казалось, что лучше было бы остаться в сырой камере Азкабана. Он предпочитал сгнить в темнице, чем стать всеобщим посмешищем.
Смерть от воспаления легких стала бы для него благом. Избавлением от мучительной жизни за стеклом.
Но нет же. Не дали умереть спокойно.
До тошноты правильная сука Грейнджер вытащила его из Азкабана. Видимо, она возомнила себя магическим Иисусом. И решила спасти все заблудшие на войне души. Зачитав, как на духу, целый доклад о его невиновности перед судом Визенгамота, она предъявила «неоспоримые доказательства», черт знает где откопала свидетелей – не иначе как запугала их – для дачи показаний. И даже, что уже переходит границы возможного, собрала воспоминания очевидцев, которыми и опрокинула напыщенных судей на лопатки.
Невыносимая всезнайка могла бы стать адвокатом самого дьявола. И в два счета вытащила бы Сатану из-за решетки.
Спустя томительных полгода предварительного заключения Малфой вышел на свободу.
На особых условиях.
В покое его не оставили. Предъявили бесконечный список требований и запретов.
Драко не должен был покидать страну и постоянно находился под надзором Министерства. Стоял на учете и еженедельно посещал комиссию, которая оценивала каждый его шаг.
Никаких связей с бывшими Пожирателями.
Только официальная пресса и проверенная надзором почта.
Никакой магии.
Твари!
Его лишили права выбора.
Обязали жить в стеклянной коробке, просматриваемой со всех сторон прохожими и зеваками. Эту махину специально воздвигли посреди Годриковой Впадины, чтобы волшебники могли следить за Малфоем хоть весь день. А ночью он обязан был включать приглушенный свет, чтобы дом просматривался насквозь круглосуточно.
Стеклянные стенки ничего не скрывали. Хозяйская спальня на втором этаже была выставлена на всеобщее обозрение, как и гостевая, в которой никто никогда не гостил. И кухня со столовой на первом этаже. Пустой холл и зал в минималистическом стиле. В этом проклятом доме всего было мало. Лишь необходимая мебель: выбеленные деревянные шкафы и кровати, жесткий диван, простые стулья и столы – и те из стекла. И пустое пространство.
Ни безопасности, ни уединения.
Единственным укромным местом стала ванная комната, оборудованная по центру на первом этаже. И такая же – на втором. За пластиковыми перегородками можно было выдохнуть. Но не надолго.
Рано или поздно приходилось выйти. И показаться людям.
Толпы магических туристов валили в Годрикову Впадину, чтобы часами пялиться на единственного избежавшего тюрьмы Пожирателя, вставшего на путь исправления.
Ведь пресвятая морализаторша Грейнджер заверила волшебный мир, что «мальчик одумается и вернется к добру». Цитаты из ее приторного до тошноты интервью для «Пророка» врезались в его память. Отчего хотелось задушить ее еще больше.
Гребаная сука.
Она заплатит за это.
Комментарий к Пролог
Это лишь скелет. Вскоре он начнет обрастать мясом…
А мясник уже точит метафорические ножи.
========== 1. Ты никому не нужна ==========
Комментарий к 1. Ты никому не нужна
«Любовь моя!» – шептал он жарко,
И тонкий лик ее дрожал,
Но оказался принцем дарка:
На тонкой шее руку сжал…
Чета Малфоев по традиции проводила вечера в своем прозрачном зале перед телевизором, закрепленным на стене. Единственный бонус от Министерства. Блядский магловский ящик. Он не мог возместить потерю магии и свободы.
Волшебную палочку из боярышника торжественно сломали на глазах у Драко. Поттер. Сукин сын. Сделал это с сочувствующим видом.
Мразь.
