Этот приказ относился к полицейским, но я тоже пошла с ними.
— Оказывается, дверь в подвал открыта! — воскликнула я.
— Конечно. Полицейский, который дежурил до этого, открыл ее в понедельник после полудня. Мы здесь уже были.
Штром повел нас в кухню, где были найдены ужасные останки миссис Гэр. Все следы страшного происшествия были убраны. Пол выглядел чистым и пустым. Несмотря на это, кухня не очень-то возбуждала аппетит. Одна дверь вела в уборную, которая располагалась под моей. За другой, которую открыл Вэн, начиналась неиспользуемая подвальная лестница, заканчивавшаяся в моей кухне за заколоченной дверью. Слева стояла старая грязная газовая плита, у одной из стен между двумя окнами — шаткий кухонный стол. Мое сердце начало биться быстрее. Этот стол стоял приблизительно там, где сверху выступал балкон моей кухни. Он находился примерно в полуметре от окна, верхняя половина которого была на несколько сантиметров приоткрыта. Штром уже направился к подвальной лестнице. Я крикнула ему:
— Стойте! Это тот самый стол, на котором нашли ключ?
— Естественно.
— Тогда, значит, миссис Гэр была убита. Теперь я знаю, как убийца вышел из этого помещения после того, как совершил свое черное дело.
Трое полицейских смотрели на меня, вытаращив глаза.
— Выкладывайте!
— Очень просто. Убийца вышел через дверь и запер ее за собой. Вероятно, он собрал всех животных и запер их.
— Великолепно. Потом он сунул ключ под дверь, а одна из кошек аккуратно положила его на стол! — язвительно сказал один из полицейских.
— Напротив! Он подождал, пока все в доме успокоится. Потом обошел дом сзади и бросил ключ в кухню через узкую щель в верхней части окна. Ключ упал на этот стол.
— О Боже, лейтенант, я думаю, мисс Дакрес права! — возбужденно закричал Вэн и уставился на приоткрытое окно. — Я могу даже повторить это. Подождите-ка все здесь. Я сейчас попробую.
Он выбежал из кухни. Через несколько минут в кухню через щель в окне влетел ключ. Он ударился о край стола и упал на пол.
— Бросайте его немного больше вправо! — крикнул Штром.
Появился второй ключ и с металлическим стуком упал на стол. Штром вытер лицо громадным носовым платком.
— Пять сантиметров от места, где лежал ключ! Этого достаточно, Вэн. Спасибо.
Он присел к столу и глубоко задумался. Вэн вернулся. Он смотрел на меня сияющим взглядом.
— Так, — сказал Штром, блеснув глазами. — Кто-то помог миссис Гэр умереть.— Он подошел к лестнице, от которой я его перед этим отозвала.— Теперь я вам кое-что покажу.
Он взял меня за плечи, подвел к нижней ступеньке подвальной лестницы и направил луч своего мощного фонаря на верхние ступени.
— Вам ничего не бросается в глаза?
— Краска на ступеньках почти полностью стерта.
— Я не это имею в виду. Вспомните-ка о показаниях на судебном расследовании. В связи с этим вас в самом деле ничего не удивляет?
Я поломала голову и в конце концов созналась, что ничего необычного не заметила.
— Я повторю одну фразу из показаний Джерри Фостера: «Толстый слой пыли на этой лестнице был не тронут».
До меня тут же дошло, к чему клонил Штром.
Он торжествующим тоном продолжал:
— За это время лестницу подмели! И кто же это сделал? Определенно не миссис Тевмен — она удрала сразу же после судебного расследования. Заявила, что не задержится в этом доме ни на минуту дольше, чем это необходимо. Миссис Халлоран тоже не могла этого сделать. Она вообще не приходила в дом, пока мы вчера во второй половине дня не доставили ее сюда с целью допроса. Мои сотрудники также не прикасались к этой лестнице. Они убрали свинарник в кухне, и я еще подумал, когда проверял их работу: «Что за лентяи! Уж лестницу-то они могли бы подмести!» Следовательно, есть только один человек, который мог быть заинтересован в том, чтобы лестница была подметена. Это именно тот, кто напал на мисс Дакрес. Преступник воспользовался этой лестницей и не хотел, чтобы обнаружили его следы. И, таким образом, он должен был как-то воспользоваться верхней дверью! Заколоченной, закрытой на засов — не важно. Никакой другой возможности нет!
Штром взбежал вверх по лестнице. Мы с любопытством последовали за ним, наблюдая, как он тщательно исследует дверь. Луч его фонаря скользил по поверхности двери.
— Мы проверяли эту ручку на наличие отпечатков пальцев. Ничего не нашли! Это тоже подозрительно! Ручка двери, неиспользуемой в течение такого долгого времени, не должна быть такой тщательно вытертой! Но задвижка не двигается.
Луч фонаря заиграл на винтах, крепящих филенку двери. И вдруг мы все заметили на старой масляной краске свежую царапину.
— Царапина! Вы только посмотрите — свежая царапина!
Штром взял отвертку и начал отворачивать четыре винта. Это удалось сделать очень легко. Затем он взялся за ручку двери и потянул — мне пришлось поддержать его сзади, так как иначе он кувырком скатился бы вниз по лестнице. Потому что дверь открылась совсем легко! Мы все вскрикнули от удивления. При ближайшем рассмотрении мы установили, что заржавевший засов был посередине распилен!
— Черт побери! — вскричал Штром, отбросив в сторону приличия. — Черт возьми!
