МАЙКЛ СТЕНЛИ ГЕЙТС
Д О М,
КОТОРЫЙ
ПОСТРОИЛ
М А Й К
Михаил Уржаков, он же Майкл Стенли Гейтс, уже широко известен нашему читателю по многочисленным рассказам, повестям, а так же сценариям к фильмам "Люди", "Зелёное Небо-2" и "Водоканал-3".
Закончил в 1990 году Свердловский Архитектурный Институт, но работать по профессии не стал.
В 1992 году вступил на зыбкую тропу журналистики.
Работая долгое время Лондонским обозревателем журнала "Ридерс Дайджест", посетил многие страны мира.
Как художник организовал известное в мировых культурных кругах общество "Художники Против Салсы".
Владеет в совершенстве девятью иностранными языками, английским, французским, испанским, голландским, китайским (мандарин), хинди, суахили, мат и карандж.
Его дневник воспоминаний "Последний полёт" переведен и издан в 17 странах мира на 17 языках.
До 2001 года проживал в Канаде.
Настоящее местонахождение Михаила Уржакова неизвестно. По некоторым сведениям стал гражданином вселенной.
"A TERRIFIC READ, perhaps the best entry in the Michael"s yet."
"КЛАССНОЕ ЧТИВО, возможно лучшее, что написано Майклом".
( New York Daily News)
"INGENIOUS".
"ГЕНИАЛЬНО."
(- Washington Post Book World)
"STUPID BUT COOL..."
"ДУРОСТЬ, НО КЛАССНО..."
(Howard Stern, NBC Radio)
Аффтар, выпий йаду, сцуко!
(udaff.ru)
Героям постоянной Гражданской Войны,
всем тем, кого ...
ДОМ, КОТОРЫЙ ПОСТРОИЛ МАЙК
Все действующие лица, места и высказывания в этой книге - подлинные. Некоторые события и мысли по необходимости сочинены автором. Ни одно из имен не изменено ради того, чтобы оградить невиновных, ибо Господь Бог хранит невиновных по долгу своей небесной службы.
Трук Ван Туген
- Вы сказали своей жене все, что с ней должно случиться?
- КУРТ ВОННЕГУТ
СИРЕНЫ ТИТАНА
... каждый человек имеет право
на пятнадцать минут славы
ЭНДИ ВОРХЭЛ
ВАНУА-ЛЭВУ
Фаел с этой "информацией", да чернухой просто, я получила на своё мыло, на maria_g@yahoo.com, 11 сентября 2001 года. Правда, как человек не очень-то любезный к цифровой переписке и проверяющий почту раз в квартал, обнаружила все это только в октябре. Не помню даже в каких числах. Где-то в середине октября, может даже в конце. Не имеет большого значения сейчас.
Поиски же своего бедного на голову супруга, пославшего этот лепет о своей никчемной жизни, я начала только в конце сентября.
От Вовки Усицина-Санфранциского, этого музыканта малохольного, он должен был вернуться к 15 сентября, к очередной выдаче его вэлфера. Не приехал. Чек ушел обратно "на Офис" по материальной помощи убогим и страждущим. Как раз для такого как он этот офис и создан. Я давай Вовке звонить в Сан-Франциско. Малохольный говорит, - "Не было его еще". Ну, я думаю, решил сладкий мой сахар на попутках добираться до другого берега. Урод. Дала ему время еще до тридцатого. До второго чека. Они два раза в месяц приходят. Аванс-получка.
Нет его.
Звоню опять Вовке, где, спрашиваю? Отвечает - не было, и не звонил даже. Вот тут я немного волноваться начала. Если второй чек накроется, на чо есть-пить будем. Хотя денег-то там на этом чеке, что котенок срыгнул, 832 доллара. После всех вычетов на макароны, картошку и яйца, даже на дешёвку, типа "Нивеи", против морщин под глазами, на пару бутылок дрянного бренди, и то не хватает. Хорошо хоть я знаю сто рецептов блюд из хлеба и лука, и мода на нашу повседневную одежду то проходит, то возвращается.
Потом уж я дотуркала почту на НЭТе проверить. И точно! Объявился мой писатель, Кастаньеда такая, Господи прости.
Даже и не думала, что все эти ночные часы, когда он, инфинитивный мой деепричастный обормот, уходил к себе в подвал и садился за компьютер под предлогом какой-то очередной бездарной работы, игнорируя мои вызывающие позы и кружевные нижние туалеты от местных китайских кооператоров, он сидел сломя голову и вёл этот, так называемый дневник о, (наверное?), самых интересных, как он сам думал, моментах его никчемной жизни.
Причем писал, как мне кажется, с надеждой всю эту ересь когда-нибудь опубликовать, так как написан этот дневник в стиле "незавершенного романа".
Что-то типа "Дома, который построил Джек".
Помните, один персонаж или событие цепляет другое, а потом всё возвращается к началу, на круги своя.
Вот дом, который построил Джек
А это пшеница,
Которая в тёмном чулане хранится,
В доме, который построил Джек
А это синица,
Которая часто ворует пшеницу,
Которая в темном чулане хранится,
В доме, который построил Джек
А это кот,
Который пугает и ловит синицу,
Которая часто ворует пшеницу,
Которая в темном чулане хранится,
В доме, который построил Джек
Одним словом, не Бог весть, какая находка в литературе, но я подумала, а почему бы мне ни сделать памятник нерукотворный на всем этом (том), что осталось от моего никудышного хазбента. Показать его закаляки "знающему" пиплу, "жалостному", но хваткому издателю, может и поедет этот поезд под горку.
