Дом лжи полностью

Она не отвечает. Точки на экране не моргают.

Лорен, прошу тебя. Если ТЫ любишь МЕНЯ, то хотя бы поговори со мной.

Снова молчание. Точек нет.

Лорен, я тебя умоляю.

Нажимаю «отправить».

Так вот как ты обращаешься с тем, кого ЛЮБИШЬ??????

Я нажимаю «отправить».

И вдруг, пару секунд спустя, получаю ответ:

Я не люблю тебя, ясно? И никогда не любила. Просто мне нужно было отвлечься после тяжелого развода. Ты был моим мостом в новую жизнь. И ничем больше. Да, это жестоко, я знаю, но ты вынудил меня сказать тебе это. Пожалуйста, не пиши мне больше.

Я перехожу от сообщений к звонкам. Набираю ее номер. Автоматический голос говорит мне, что абонент, которому я звоню, недоступен.

Голосовых сообщений я не оставляю. Набираю снова. Слышу тот же голос.

Звоню опять. Слышу тот же голос.

Звоню опять. Слышу тот же голос.

Я возвращаюсь к сообщениям. С участившимся пульсом, дрожащими руками набираю последнее:

Ничего еще не кончено.

Ночами люди обычно внимательнее глядят по сторонам, чем днем, но женщине на улицах Грейс-Виллидж все-таки проще. И даже если воскресным вечером она задержится ненадолго посреди тротуара сравнительно оживленной Латроу-авеню, то ничего особенного в этом нет.

Я понимаю, почему такой женщине, как Лорен, нравится жить здесь. Вдоль проезжей части – красивые деревья, участки просторные, дома большие. Тишина и покой. А еще я понимаю, почему это может не нравиться такому человеку, как Саймон, живущему в городке по соседству.

Ха, вспомни черта, рога и проклюнутся… Розовый телефончик пищит снова. Еще одна эсэмэска от него:

Лорен, прошу тебя. Если ТЫ любишь МЕНЯ, то хотя бы поговори со мной.

Слушай, жизнь – та еще сука, ты что, не знал? И новая эсэмэска:

Лорен, я тебя умоляю.

Да, да, умоляй, давай. Я держу розовый телефончик в руке. Ну, продолжай, приятель.

Так вот как ты обращаешься с тем, кого ЛЮБИШЬ??????

Видимо, да.

Четыре эсэмэски подряд. Пора уже Лорен на свой коронный выход.

Я не люблю тебя, ясно? И никогда не любила. Просто мне нужно было отвлечься после тяжелого развода. Ты был моим мостом в новую жизнь. И ничем больше. Да, это жестоко, я знаю, но ты вынудил меня сказать тебе это. Пожалуйста, не пиши мне больше.

Нажимаю на «отправить», телефон икает, и сообщение уносится на телефон Саймона. Да, ответ действительно жестокий. Но ведь и Золотодобытчица Лорен не Белоснежка, вполне может отмочить что-нибудь такое. Разве нет?

Телефон звонит. Это Саймон. Пусть звонит.

Второй звонок. Я не отвечаю.

Третий. Пусть звонит, пусть звонит, пусть звонит…

Четвертый. Никто тебе не ответит, Саймон. Весь вопрос в том, пошлешь ли ты пятую эсэмэску? Или оставишь последнее слово за Лорен? Ну, давай, покажи зубы, я знаю, ты это умеешь…

Розовый телефон пикает – новая эсэмэска от мужчины дня:

Ничего еще не кончено.

Я нажимаю кнопку «выкл» и наблюдаю, как чернеет экран розового телефона. Потом иду на юг, попутно бросаю взгляд на проход сбоку от ее дома. Окно кухни по-прежнему открыто. Ая-яй-яй, Лорен, где же твоя осторожность?

Я продолжаю путь, радуясь, что последняя эсэмэска от Саймона была именно такой. Он прав. Ничего пока не кончено.

Но будет кончено – через двадцать четыре часа.

Три часа утра. Технически Хэллоуин уже наступил. Вики временно вышла из строя и мирно посапывает в гостевой спальне. А вот мне не до сна, слишком уж я возбужден. Хорошо бы побегать, но еще слишком рано, даже для меня…

Я смотрю на зеленый телефон. Нет, только не отсюда, не сейчас.

Мне не хочется будить Вики, поэтому я спускаюсь на первый этаж и начинаю мерить шагами темные комнаты. Меня трясет – от нервов или от холода, не знаю, хотя мне так холодно, словно я стою на невидимом пронизывающем ветру.

Я хожу, растирая руки, и думаю. В смысле, пытаюсь. Но не могу сосредоточиться.

Вдох-выдох, Саймон. Успокойся. Дыши.

«Уж как есть» – двусмысленная фраза, если вдуматься. Уж какой он есть.

Глубокий вдох.