Но массивная дверь с тихим чмоканием уже захлопнулась, отрезая беглецов от их преследователей. Освобожденные же, бравые патрульные, в одних трусах повалились на пол, и приходя в себя после бешеной скачки, разевая рты как вынутые из сети окуни на бережке, глазели вокруг. Видно и их, повидавших разного за свою долгую жизнь в доме, побывавших на всех уровнях, тоже впечатлило огромное количество настоящего фарфора, хрусталя и множество золотых и серебряных украшений в виде фигурок несуществующих здесь птичек, бабочек, самых разных животных и каких-то цветов. Все это роскошество, было расставлено тут, как в старинном музее. В общем, решив не мешать ребятам окультуриваться, я подозвав к себе смелую троицу ряженых, и с улыбкой глядя на их довольные физиономии спросил:
— Ну что? Господа патрульные! Не желаете еще отличиться?!
И опять вперед выступил черноглазый крепыш, и совсем незапыхавшимся голосом сказал:
— У нас минут двадцать, не больше! Затем нас тут просто зажмут в клещи, и вынудят сдаться!
Но я, прервав его, коротко бросил:
— Нужны костюмчики! — и поглядев как нахмурившийся было Роман, шепнул что-то русоволосому Лукьяну, добавил: — коммуникаторы в спальне, только они не работают. Будьте осторожны! Если чего, даже связи не будет.
После того, как отобранные, переодетые и вооруженные ребята выскочили за дверь, я принялся командовать. Распинав валяющихся по-прежнему на полу, уже вполне отдышавшихся недавних пленников, приказал разобрать оставшиеся коммуникаторы, и попытаться все-таки выйти на связь с Приторием. А сам, отыскав в одной из комнат шикарно отделанный, стоящий на подставке из каких-то ажурных причудливо переплетающихся золотых кренделей терминал, попытался войти в сеть. Но увы, все мои попытки оживить прибор так и не увенчались успехом. То ли вход был настроен на хозяина, то ли сеть вообще отсутствовала, но принадлежащий к классу приоритетных систем дома девайс, показывал мне лишь ярко красную, на сером фоне полосу с мигающим на ней транспарантом: «Ошибка подключения!»
Оставив бесполезный прибор на подошедших ребят, которые тоже пытаясь оживить его, забарабанили по сенсорам, я направился к весело переговаривающимся в гостиной патрульным. Оттуда доносились громкие голоса и смех, но при виде моей начальственно наглой физиономии, все вдруг затихли.
— Ну что соколики! Повоюем?! — обратился я к беспечно развалившимся на шикарных диванчиках, уже чувствующим себя в полном шоколаде сотрудникам. Видя их недоумевающие лица, я Коротко разъяснил диспозицию.
Выходило, что помощи нам ждать неоткуда. И если в ближайшие десять минут мы не начнем действовать, ситуация с пленом может повторится, и гарантировать положительный исход дела в таком случае не сможет никто. А действовать нам нужно как можно более нестандартно. То есть, грубо говоря, ломая стереотипы и вопреки инструкциям.
Кто-то из особо резких, попытался было возразить, но его быстро заткнули. И вставший с дальнего креслица, приютившегося подле круглого столика, обладающий немалым авторитетом в этой компании Лукьян, откашлявшись, своим низким хрипловатым голосом начал:
— Бойцы! Сейчас от наших с вами действий зависит не только репутация Претория в совете, но и жизнь тех, ни в чем неповинных граждан, что вопреки желанию были втянуты в этот бунт! Прецеденты уже были. Многие из вас еще застали то страшное время. И помнят, что через несколько часов взбунтовавшийся, то есть уровень, на котором мы с вами сейчас находимся, без предупреждения будет разблокирован, а сюда ворвутся беспредельщики Леона. Ну а эти ребята шутить не любят. И гасить будут всех без разбору. Так что держаться за какие-то инструкции, кстати, доказавшие в сегодняшнем случае свою некоторую… гм… неполноценность, нам действительно не стоит. Я предлагаю следующее! Под видом курьеров, а они сейчас при отключенной связи обязательно будут задействованы на всем этом уровне, распространить информацию, что все члены партии зеленых, должны в срочном порядке, для якобы секретного совещания, собраться к примеру, в главном зале заседаний, который расположен на этом этаже. Ну а там, после того как все соберутся, предложить им сложить оружие, и отказаться от сумасшедших планов Ершевских и его компании.
— Кстати, его самого и компанию, я запер в комнате для допросов! — вставил я, — И мы могли бы под видом раненных притащить их на этот внеочередной съезд любителей зеленых кустиков. Думаю вид крепко спящей клики засранцев, здорово остудит им мозги. Раздались смешки и покашливания, понявших все ребят.
— А если нет. И самые преданные идее домоборчества, попытаются оказать сопротивление, ну что ж, тем хуже для них. Более двух десятков ИП хватит за глаза! — закончил за меня, как мы и договорились еще внизу, наш непобедимый рукопашник.
