- Так вот! Продолжал он. - когда я закончил эти наши курсы, так там и остался! Курсы эти, были тогда мягко скажем слабоваты, нечто среднее между ликбезом по самообороне, и первичными навыками владения различного вида, нелетальным оружием! Я когда там впервые стали расказывать и показывать, как нужно защищаться от нападающих, неожиданно, играючи положил нашего инструктора на татами, так что, вся группа принялась уговаривать меня поучить их всяким приемчикам! Так вот, после этого, я лет, почитай двадцать пять, проработал в нашей школе, а только потом, вступил в ряды действующих блюстителей порядка, и вышел наконец , на оперативный простор! Но если ты думаеш, что при всех навыках рукопашника, и прочих свойственных той, моей профессии качествах, мне было здесь легко в первые годы, то ты сильно заблуждаешся! Слишком тут все непросто Ал! И верховодят здесь те еще ушлепки! Один Леон чего стоит! Уж как он только не подъезжал ко мне, уж как он только не старался переманить меня в свою гоп-компанию! Чего он только не обещал мне! Поверь Ал, это было настоящим испытанием для профессионала! Ведь если разобраться, по сути, до определенного времени, наша служба, занималась всякой ерундой! Когда-то функции патруля включали в себя, простой мониторинг, социальной безопасности! то-есть, патрульный, в случае какой-то ситуации в которой ему была нужна помощь, к примеру, шайка больных на всю голову моллокицев, зажала где-то в парковой зоне двух девчонок из аутистов, а наш доблестный патрульный, не зная с какого боку тут подступится, вынужден был экстренно вызывать наряд этих черных беспридельщиков! И вместо того, что бы спасти бедных девчонок, они распыляли там все из малых диструкторов! Послее чего, оставался только дым и пепел! И зная все это, то-есть нашу неспособность, в определенных ситуациях, повлиять на исход событий, этот Генерал недоделанный, опускал нас всячески в глазах общественности! А если разобраться, это именно Леон, сманивал самых способных и перспективных ребят, ну а если те не принимали его приглашения, быстро создавал им невыносимые условия для жизни! Так что Ал, пока в дело не вмешался Приторий, меня здесь пресовали пополной! Ну а со временем, наши ребята поднатаскались, и теперь, в основном, все проблеммы, мы способны решать без превлечения этих головорезов!
Видно было, что для Лукьяна, это была излюбленная тема,поскольку затем, мы еще много, много раз, беседовали на тему организации и реорганизации патруля, и о прочем, всяком в таком духе. Но тогда, Лукьян смог развеять сгустившиеся в моей душе, нездоровые самокопания, и после этого разговора, я почувствовал себя гораздо лучше.
Еще немного поболтав с этим суровым на вид, и таким простым в действительности патрульным, поблагодарив его за потдержку, я отправился к себе.
Прокатившись с какой-то компашкой на лифте, минут десять проторчал на проходной, а войдя в свою гостинную, увидел Шерри, сидящую в уголке, на диване.
Забравшись с ногами и укрывшись, все тем же клетчатым пледом, она просматривала какие-то записи на своем комуникаторе. Услышав что я вошел, она смущенно вставая спросила:
- Ты где бродиш? Я тут извелась вся! А затем, словно поняв, что это прозвучало как-то слишком по семейному, смутилась еще больше. - Прости Ал! Но тебе сейчас нужна особая помощь! И я действительно очень беспокоилась, не случилось бы с тобой чего! У нас сегодня говорят, плохой день! только что вот, в новостях видела, девчонку из аутисток нашли! кто-то так ее... Ну в общем, до сих пор опознать немогут!
А я, стоял как балван, по среди гостинной, глядя в глаза этой замечательной девушке, и думал: Чем я все же, смогу когда-то отблагодарить ее, и смогу ли вообще. И еще, в голове вертелись мысли о том, как поменьше бы создавать ей хлопот, ведь кто я по сути, всего лиш очередной, временно помешанный, псих, с непредсказуемыми обострениями, и носиться со мной, особенно во время этих самых обострений, удовольствие сомнительное.
Но все так же смущенно глядевшая на меня, поправляющая рукой, слегка потянувшийся сарафан Шерри, повторила свой вопрос:
- Алекс, ты где был? Твоя общалка заблокирована! И несмотри на меня так! Мне очень плохо, когда я не знаю, что происходит с моими подопечными!
Вместо ответа, я спросил:
- Шерри, я сильно тебя обидел? Мне очень стыдно! Прости пожалуйста! Я чувствую себя последней свиньей, и сволочью неблагодарной!
Не ожидавшая видно подобного Шерри, нахмурив очаровательно свой лобик, и немного помедлив сказала:
